— Ты разочарован? — спросила Кали. — Джон Гриссом не должен водить знакомство с мошенниками и контрабандистами?

— В такой ситуации мое «да» прозвучало бы в высшей степени лицемерно, — пошутил лейтенант, но Кали не засмеялась. — Когда так часто слышишь о ком-нибудь, начинает казаться, что ты все о нем знаешь, — заговорил он более серьезным тоном. — Так легко подменить реального человека его репутацией. Только при личной встрече выясняется, что ты ничего о нем не знал.

— Да, — задумчиво протянула Кали.

А потом они долго-долго молчали.

Джелла уже четыре года проработала в отделе кадров и бухгалтерии «Дах-тан продакшн». Она была хорошей работницей — организованной, старательной и аккуратной — и обладала всеми качествами, необходимыми для этой должности. В ее ежегодных аттестациях всегда появлялась оценка «выше среднего уровня» или «отлично». И все же, согласно официальному статусу компании, она была «вспомогательным персоналом». Она не считалась необходимой для производства. На самом верху иерархической пирамиды стояли разработчики оборудования — их новые идеи привлекали покупателей. А те, кто работал в заводских цехах, создавали конечный продукт. На долю Джеллы оставалось подвести баланс между объемами продаж и уровнем выпуска продукции.

Для руководства компании она была второстепенной служащей, и это отражалось на ее зарплате. Джелла работала так же напряженно, как и любой другой из сотрудников, но получала гораздо меньше, чем дизайнеры или рабочие. Это казалось ей несправедливым, и потому она не чувствовала никаких угрызений совести, обкрадывая компанию.

Нет, она не продавала важные секреты корпорации. Она никогда не делала ничего такого, что могло бы привлечь внимание. Джелла лишь отщипывала крохи от полновесного корпоративного пирога. Время от времени она чуть-чуть изменяла накладные или манипулировала с отчетами поставщиков. Временами устраивала так, чтобы на ночь на складе оставались кое-какие неучтенные и незарегистрированные предметы оборудования. На следующее утро они таинственным образом пропадали; об остальном заботился кто-то из рабочих склада.

Джелла не имела представления, кто забирал оставленное оборудование. Все происходило всегда по одной и той же схеме. Раз или два в месяц ей в офис звонил неизвестный, она выполняла то, что от нее требовалось, и через несколько дней на личный счет приходило вознаграждение.

И сегодня все было как всегда. По крайней мере, она пыталась себя в этом убедить. Джелла вышла в холл, стараясь сохранить беспечное выражение лица и надеясь, что ее никто не заметит. Но в сегодняшней заявке все же было нечто необычное. Ей приказали вывести из строя одну из камер наблюдения и открыть электронный замок запасного выхода. Кто-то намеревался тайком пробраться на территорию завода. И выбрал для этого самую середину дня.

Глупо было так рисковать. Даже если они попадут внутрь, их сейчас же кто-нибудь заметит — патрули охраны постоянно контролировали всю территорию «Дах-тана». А если нарушителей поймают, они могут указать на Джеллу как на свою сообщницу. Но предложение оказалось слишком соблазнительным, чтобы от него отказаться, — втрое против обычной оплаты. В конце концов алчность перевесила здравый смысл.

Джелла остановилась перед запасным выходом, прямо под камерой, нацеленной на дверь. Быстро убедившись, что за ней никто не наблюдает, она вытащила отвертку, взятую из сумки для инструментов в подсобке, и поддела блок питания камеры.

Посыпались ослепительные искры. От удара током Джелла испуганно вскрикнула и выронила отвертку из задрожавших пальцев. Потом торопливо подобрала инструмент с ковра и огляделась по сторонам, не заметил ли кто ее незаконные манипуляции. Холл был по-прежнему пуст.

Над задней частью камеры поднималась тонкая струйка белесого дыма. Лампочка дежурного режима погасла. Если кто-то на центральном пульте охраны посмотрит в монитор, станет понятно, что камера сломана. Но в течение дня охранники почти не смотрели на экраны. Зачем, ведь весь периметр охраняется патрулями, а в кабинетах и цехах полно сотрудников. Только дураку может прийти в голову проникнуть на производство в рабочее время.

Даже если неисправность кто-нибудь заметит, это всего лишь одна из сотен камер, установленных во всех зданиях. Каждую неделю какая-нибудь из них выходит из строя. Самое большее, на что они способны, так это дать заявку на ремонт перед окончанием смены. Джелла удовлетворенно вздохнула и направилась к запасному выходу.

Она быстро набрала код, отключающий сигнализацию и открывающий электронный замок. Своим личным кодом она, конечно же, не воспользовалась. Одним из преимуществ ее положения был доступ к личным делам сотрудников, и Джелла знала коды доброй половины всех своих сослуживцев.

Красный свет на двери сменился зеленым, и работа Джеллы закончилась. Ей оставалось только вернуться на рабочее место и продолжать свои дела, как будто ничего не произошло.

Но за рабочим столом неприятное чувство, сопутствующее сегодняшнему заданию, настолько обострилось, что вызвало тошноту. Минут через двадцать Шенья, женщина, делившая с ней кабинет, заметила неладное.

— Джелла, что с тобой? Ты сильно покраснела.

При звуке ее голоса у Джеллы желудок поднялся к самому горлу.