Совсем недавно я бурчала на тракт, на все эти холмы и ложбины, подъемы и спуски и с тоской вспоминала ровную, удобную дорогу по Светлому Королевству. Что там было? Мокрое ущелье, которое мне хотелось обойти? Смешно! Блуждания по всему Лесу, когда меня водил леший? Прогулка по саду! Ругая дорогу в диких Ничьих Землях, я как-то позабыла, что приближаюсь к Синим горам. А у гор бывают длинные, широко разбросанные корни.

Как только я согласилась идти с этой подозрительной рослой ватагой, толпу одетых в шкуры копьеносцев охватила короткая деловая суета. Вожак нарычал на них, поделил, что-то приказал и лихо подхватил меня на руки. Не успела я и пискнуть, как уже сидела на широченном крутом плече. Одной рукой вожак придерживал мои лодыжки. Мы так не договаривались! Я еще придумывала возражения, собиралась возмутиться, всерьез прикидывала, не укусить ли его за ухо, но тут вожак снова что-то прорычал, и весь отряд бодро отправился в путь. Примерно туда, куда он и указывал своей дубинкой. Расступились и сомкнулись за нами заросли, я согнулась и прижалась к голове моего носильщика, спасаясь от веток. Позади растерянно ржал Мышак. Воротника не было ни видно ни слышно.

— Что вы делаете? — наконец-то подобрала я слова. — Опустите меня немедленно на зе…

Я попыталась глянуть на такую желанную землю, и слова застряли в горле. Земля была. Только далеко внизу. Как раз со стороны моего плеча-сиденья мерно качалась в такт шагам пропасть. Я быстро глянула в другую сторону. Там было легче — все те же деревья с их докучливыми ветками. Но радовалась я недолго. Деревья быстро ушли вниз. Мы карабкались по скале куда-то вверх, и провалы зияли уже с двух сторон.

— Быр гыр? — Именно сейчас здоровяк решил выяснить, что же мне так не нравится.

— Ничего-ничего, — поспешно ответила я. — Не отвлекайтесь!

Успокоенный рычун двинулся дальше. Полоска скалы с плеча здоровяка смотрелась удручающе узкой. Поворачиваться я не смела, на дорогу глядеть не могла, так что просто и малодушно зажмурилась и открыла глаза, когда рядом зашуршали листья.

— Ну так вот. С какой это стати… — продолжила я выяснять отношения, но снова смолкла.

Листья шуршали на стелющихся кустиках, облепивших узенький каменный мост над острыми даже на вид камнями в глубине. «Хорошо. Подожду до подходящей дороги — вот тогда и задам вопрос», — решила я. Но задала раньше — когда вожак лихо перескочил провал шага три шириной. От моего визга он пошатнулся, и мы чуть было не отправились вниз.

— Быр? — поинтересовался он, когда все-таки удержал равновесие.

— Нет, ну почему поверху? — простонала я, уже не сдерживаясь, — Почему нельзя пройти по земле?

О вопросе я тут же пожалела. Потому что вожак сразу начал отвечать и, помня мою непонятливость, вовсю помогал себе руками. Мои ноги он при этом отпустил, а сам останавливаться не стал.

— Да-да, совершенно с вами согласна! Как мне самой это в голову не пришло? — быстро выпалила я, чтобы остановить его речь и судорожно хватая говоруна за макушку.

— Быр? — удивился моей внезапной догадливости вожак.

— Точно-точно. Здесь прохладней, ветерок веет, — наудачу сказала я, но удачи у меня сегодня не было.

— Ыр-быр! — Рычун бурно замахал руками, то разводя их, то резко сводя вместе.

— Дда-да, птички летают, бабочки поют — красота! — Я изо всех сил держалась за ухо своего носильщика.

— Ырыг! Бырыг! Дырг! — Ворчун махал руками не переставая.

— Ну да, против таких зубов не помашешь, — судорожно посочувствовала я и даже не сразу осознала — я его поняла! Я поняла его ворчливую речь! — Вверху безопаснее, я поняла!

Великан кивнул и продолжил путь. Сейчас мы шли по почти нормальной тропинке — подумаешь, над головой нависали острые камни. Зато под ногами была надежная земля и с боков подпирали скалы. Но длилась эта благодать недолго.

— Гыр-дыр-орг, руог-ыг! Вырдор-ыг! Борандр-ыгы! — продолжал на ходу объяснять великан. Почти все было понятно благодаря выразительным жестам. Морды — во! Зубы — во! Лапы — не обхватишь! Шкуры — не пробьешь! Я поддакивала и радовалась, что не видела воочию чудовищ, благодаря которым еще пращуры Бура привыкли лазить по верхотуре. Да, моего носильщика звали Бур — это мне как-то удалось понять.

Сейчас пропасть шла всего лишь с одной стороны, и я посмела оглянуться. Почти сразу же рядом с ногой Бура проскользнуло что-то крупное в перьях. От неожиданности вожак споткнулся.

— Воротник! — возмущенно крикнула я.

Дракончик запрыгнул на скальную стену, быстрыми рывками поднялся выше моей головы и вопросительно оттуда на меня глянул, словно вскарабкавшийся по настенному гобелену проказливый кот.

— Веди себя тихо, держись позади, — свирепо приказала я, и дракончик нехотя подчинился. Я снова обернулась. Воротник послушно топал следом, а вот Мышаку приходилось несладко. Он непрерывно вращал глазом, храпел, пытался дергаться, но тащившие его три здоровяка легко справлялась с бунтом. Временами носильщики менялись. Старые отходили вбок, новые проскальзывали вперед и подставляли плечи под конское брюхо.