Другое дело, если этот невидимый стрелок в подсобке прокрался сюда не один, а с командой. Сформированная чужаками полиция частенько практиковала операции, в чем-то схожие с ночными рейдами бойцов Сопротивления. Крупный отряд полицаев подкрадывался к месту сбора бойцов или к явке, потом неожиданно нападал и еще быстрее убирался восвояси. От греха подальше.

До разгрома Сопротивления такие наскоки случались редко и приносили хозяевам полицаев мало пользы, ведь белоповязочники делали это для создания видимости работы, а не для того, чтобы реально помочь чужакам. Слишком уж опасно в те времена было реально задираться на Сопротивление. Но после августовского разгрома предатели почувствовали себя на коне, проще говоря, обнаглели, и полицейские облавы стали проходить с завидной регулярностью. Особенно в тех районах, где раньше полицаям приходилось очень несладко.

Бибирево как раз и стало одним из таких районов. Так что встреча с засадой полицаев на подступах к зоне, подконтрольной Чумовому, представлялась вполне логичным поворотом дела. Мало того, что местный Робин Гуд раздражал чужаков своими налетами и вообще своим присутствием вблизи их непонятной «стройки века», той самой, за высоким силовым забором, между Дмитровским и Алтуфьевским шоссе, Чумовой еще и считался злейшим врагом полицаев и прочих белоповязочников. В отряде бибиревского мстителя отродясь не бывало талантливых ночных охотников, поэтому на серпиенсов Чумовой почти не нападал, зато он отыгрывался на предателях. Их он укладывал десятками под плодородный слой почвы Лианозовского питомника и парка в Отрадном. Понятно, что для полицаев стало делом принципа поймать Чумового и вздернуть, допустим, на фасаде кинотеатра «Будапешт». Для наглядности.

Красная метка на груди у лейтенанта дрогнула и медленно переползла чуть выше, а секундой позже исчезла вовсе.

— Пятнадцать, — глухо, будто бы сквозь ватную повязку, произнес кто-то в подсобке.

— Сумму пароля не знаю, — ответил Учитель. — Мы только что из бункера.

— А что знаете, братья? — вдруг спросил кто-то притаившийся снаружи павильона. — Кто вас в нашем районе прикрывает? Кого знаете? С кем работаете?

— С Сашей Белым, — Учитель усмехнулся.

— Это кто? — спросил еще кто-то.

— Короче, пацаны, хватит в «Бригаду» играть, не девяностые годы на дворе, — Учитель медленно встал, оставив автомат на полу. — Мы к Чумовому в гости идем.

Бойцы группы последовали примеру командира. Боря и Рыжий положили дробовики на пол, а Танк спрятал свой «кольт» в карман. При этом все трое оставили под рукой ножи, торчащие из поясных кармашков.

— Я видел этот сериал в детстве, — из подсобки медленно вышел юноша в странном камуфляже, будто бы из компьютерной игры, в респираторе и с «МР-5» в руках. Лазерный целеуказатель до сих пор работал, подсвечивая неведомую мишень на потолке. — Бате он сильно нравился. Вы кто?

— Ночные охотники, группа Ворона, — ответил Учитель. — К Чумовому проводите?

— А он вас ждет?

— Не ждет, но не обидится.

— Нет, охотники, так нельзя, — сказал парень. — Чумовой сам в гости зовет. Без приглашения к нему не ходят.

— Ты, сталкер, расслабься, — вдруг сказал Боря. — У нас реальное дело к Чумовому.

— Да? — парень в необычном камуфляже смерил Бориса взглядом, полным подозрения. — Ему сейчас вообще-то некогда…

— Я знаю, — сказал Боря, исподлобья глядя на парня. — Мы в теме. Понимаешь меня? Проводишь?

— Я на посту, — парень мотнул головой. — Падла проводит.

— Только не отставать, охотнички, — в окно павильона заглянул тот самый горожанин, который пять минут назад отвлек внимание охотников, прогулявшись перед заправкой с пачкой книг в руках. — Худой и кашляю, а хожу быстро. Но скрытно. Вот, видели?

Он выудил из-за пазухи медальон, вроде солдатского жетона на цепочке, и показал ближайшему охотнику. Им оказался Танк.

— И чего? — буркнул боец.

— Что написано, видишь?

— Сталкер. По-английски. Вы все тут сталкеры, что ли?

— Группа так называется, — пояснил парень с «хеклером» в руках. — Мы в отряде Чумового типа спецназ.

— Поздравляю, — Танк скривился, пытаясь выдавить из себя вежливо-снисходительную улыбку. — Что дальше?

— А то, — пояснил Падла с таким видом, будто бы сформулировал в трех буквах закон покруче, чем e=mc^2. — Идите за мной. Проведу по высшему разряду.

Шел Падла действительно быстро, а вот со скрытностью имелись проблемы, «сталкер» больше делал вид, что весь из себя опытный проводник. Дважды он едва не вывел группу прямиком на патрули серпиенсов, а один раз ходоки едва успели нырнуть в подворотню, прячась от звена боевых коконов, которое медленно летело вдоль силового периметра запретной зоны.

Но все обошлось. Охотники умели передвигаться действительно незаметно и бесшумно, что вполне компенсировало ошибки, которые допускал Падла. Часом позже, как раз в тот момент, когда серые небеса вдруг разродились запоздалым мартовским снегопадом, группа спустилась в подвал полуразрушенного здания на Шенкурском проезде и предстала перед ясными до прозрачности и холодными, как лед, очами Чумового.

Выглядел бибиревский Робин Гуд вполне обычно. Щуплый невысокий парень лет двадцати. Немного угловатый, слегка сутулый. И только взгляд, уверенный, твердый, холодный, выделял его из плотной толпы похожих, как братья, соратников.