Она сломила Бетани, но лишь тело, а не дух. Внутри Бетани продолжала отвергать её.

Доведя всех до отсека мехов форта ДельВиллар, она сманеврировала «Экзекутором» так, чтобы тот встал на свое место. Сдав мех спиной назад в открытую нишу, она обесточила огромный термоядерный реактор. На секунду вселенная окрест стала мирной и безмолвной и она наслаждалась этим безмолвием ничуть не меньше возбуждения битвы. Как ни нравились за годы командования бинариями и тринариями Призрачных Медведей Анжеле власть и авторитет командира, за них тоже нужно было жертвовать чем-то. Постоянная потребность в открытой демонстрации уверенности, властности и силы давила на плечи неподъемным грузом. Лишь в подобные, столь редкие моменты, она могла себе позволить побыть просто человеком, со всеми его беспокойствами, сомнениями и неуверенностью. Роскошь, которой она и предавалась в эти столь недолгие моменты.

Но долг зовет. Стащив пропотевший нейрошлем, она потянулась, насколько это было возможно в тесной кабине, чувствуя, как ноют все суставы. Вслепую она нащупала шланг, вливавший охладитель в её хладожилет, единственное, что удерживало от обморока, когда жара в кокпите становилась непереносимой. Тычок пальцем по контрольной панели с шипением открыл внешний люк, и она ползком выбралась на узенькую площадку, на которой техник уже ждал, пока она отключит машину.

С мехом, оказавшимся в надежных руках, она медленно принялась спускаться по убирающейся лесенке. Внизу она уже видела командиров звезд Цзэна и Стоуна, поджидавших её.

Покрытые потом, небритые, с красными от лопнувших сосудов глазами, они были измотаны ничуть не меньше ее самой.

– Вы хорошо поработали, оба, – заметила она, как только ступни коснулись пола.

– Наши люди тоже поработали отлично, – произнес Цзэн, лохматя рукой коротко стриженный ежик. – Несколько раз я уже думал, что мы загнали вас в угол, звёздный капитан, но каждый раз вы умудрялись уйти и от моей звезды, и звезды Стоуна.

– Точно, – согласился Стоун. – Они больше не индивидуальности, и даже не отдельные звезды. Теперь они бьются как тринарий. В учебных боях, по крайней мере.

– Как там Дольф? – поинтересовалась Анжела. Дольф был ранен Бетани в ходе учений, когда та ударом руки меха размазала его по выступающему утесу. Силовой костюм пробит не был, но Дольфу внутри досталось.

– Дроган как раз им занимается. Сотрясение и три смятых ребра. Если бы доктор заткнулся, и просто делал свою работу, Дольф бы уже вернулся к своим обязанностям.

Анжела восприняла это как ещё одно свидетельство того, что тринарий становится единым целым. Стоун, пытающийся шутить, вот уж чего она никак не ожидала услышать.

– Превосходно. Но вы же явились сюда не для того, чтобы просто мне это сообщить, воут?

– От, звездный капитан. Мы давили на наших людей что есть силы, и они достигли желаемого. Мы не позволяли им передохнуть с первого дня, и они стали единым подразделением.

Настало время дать им передохнуть.

Стоун согласно закивал.

– Если мы продолжим их изнурять, работа пойдет насмарку.

Анжела изучила лица своих офицеров.

– Я думаю так же. Следующие два дня – облегченный режим. Пускай перезарядят батареи.

Оказавшись вновь в кабинете, Анжела с облегчением рухнула в кресло. Несколько планшетов уже поджидали её, требуя своей доли внимания. Бюрократические «сражения» являлись частью работы командира, к которой никто не был всеобъемлюще готов или заранее натренирован. Запросы на получение всякой всячины, грузовые декларации, рапорта техников, и прочая ерунда, начиная от общего состояния кровли, до меню столовой на следующий месяц.

Поиспепеляв горку планшетов взглядом, она чуточку погадала, нельзя ли их отложить на другой вечер, или два, когда у нее наберется побольше сил на это занудство.

В дверь кто-то неслышно поскребся, и, оторвав взгляд от текста, она увидела доктора, вступившего внутрь, даже и не ожидая разрешения.

– Звёздный капитан, – заметил он, – Выглядите вы кошмарно.

Анжела была слишком измотана, чтобы пререкаться с ним.

– Я предупреждаю вас, доктор, если вы пытаетесь меня оскорбить, то я убью вас голыми руками.

– Никаких оскорблений. Простая констатация фактов.

– Вы явились сюда лишь для того, чтобы заниматься этими вашими констатациями, доктор?

– Нет, – отозвался он, садясь. – Чтобы сказать вам, что с Дольфом все хорошо. Завтра он будет готов вернуться к своим обязанностям, но ничего тяжелого и изматывающего.

– Благодарю за службу клану. А теперь, прошу прощения, у меня дела. – Анжела устало потащила к себе верхний планшет. Ей показалось, что весит тот как увесистый, полноценный кирпич.

– Это не всё, – заметил доктор.

Смежив глаза на секунду, Анжела обнаружила, что открыть их вновь оказалось нешуточной задачей.