— Чем бы тебя накормить, Черныш? — почесал в затылке Кенрик. — Для мяса ты еще мал, по-моему. Хотя…

Надо будет попробовать пережевать вяленое мясо и дать котенку, может, и съест. Или хлеб. Он поднял малыша на руки, почесал под шейкой, услышал довольное урчание и нагнулся, чтобы подобрать котелок. А разогнувшись встретился взглядом с желтыми глазами. Не сразу до юноши дошло, что он видит взрослого кота, явно родственника подобранного котенка. Немаленького такого кота, ростом в холке на голову выше Кенрика, с мощными лапами, огромной пастью и пугающими зубами.

— Ой, мама… — только и смог выдавить юноша.

Однако кот не бросился на него, он стоял и смотрел на котенка. Тот встревоженно мяукнул, вздыбил шерстку на загривке и яростно зашипел. Взрослый зверь насмешливо оскалил зубы и пошевелил усами, как бы говоря: «Вы только поглядите, какие мы грозные…»

— Эт-т-о-о т-т-в-в-о-о-й-й?.. — пролепетал Кенрик. — В-в-о-о-т-т…

Он дрожащими руками опустил котенка на промерзшую траву и легонько подтолкнул к коту. Однако тот не пожелал идти к родителю и снова зашипел, отступив за ногу юноши. Взрослого зверя это явно удивило, так как он уселся и растерянно посмотрел сперва на Кенрика, затем на котенка. И так несколько раз. С его морды можно было писать картину воплощенного недоумения. По прошествии нескольких минут кот с явной досадой басовито мяукнул и шумно почесал себя задней лапой за ухом. Еще немного посидев, он встал, подошел к замершему юноше и тщательно обнюхал его со всех сторон, косясь на распушившегося малыша. После чего обнюхал и того.

Кенрик, все еще пребывая в ступоре, продолжал смотреть на кота, постепенно понимая, что есть или рвать в клочья прямо сейчас его не собираются. Это несколько приободрило, но и немало удивило — не ведут себя хищники таким образом! Они или нападают, или не показываются человеку на глаза. А этот должен был напасть, ведь котенок, судя по всему, принадлежит ему. Вполне возможно, что перед ним «супруг» погибшей кошки.

Кот внезапно приблизился и уставился своими желтыми зрачками юноше прямо в глаза. И тот провалился в какой-то темный омут, перестал видеть мир вокруг, тот словно бы исчез. Одновременно он начал ощущать что-то непонятное, какие-то странные чувства. Но это были не его чувства! С чему бы Кенрику испытывать досаду из-за того, что пока он преследовал убийц, дитя ухитрилось найти себе брата крови? Он же не преследовал никаких убийц! Да и что такое «брат крови» не имел ни малейшего понятия. Не сразу до юноши дошло, что это чувства и мысли кота. Но если так, то как он их слышит?! Что здесь вообще происходит?!

«Смешной… — прозвучало в голове. — Не бойся, не трону, ты теперь ему брат…»

Впрочем, не прозвучало, словами это назвать было нельзя, скорее — образами, которые трансформировались в сознании Кенрика в привычную форму. Сам он этого, конечно, не понимал, пребывая в дичайшей растерянности. Это что же выходит, вот эта огромная зверюга — разумна?! Дела-а-а…

«Защити его, — опять прозвучало в голове. — Сохрани и вырасти, он будет с тобой, пока ты жив. У меня тоже когда-то был двуногий брат…»

— Как я его защищу?! — затрясло Кенрика. — Я и драться-то не умею!

«Да, ты слабый. Помогу. Он должен жить».

Юношу вышвырнуло из темного пространства, он снова увидел ухмыляющуюся морду кота. Тот передернул усами и… исчез. Только черная тень мелькнула между толстыми стволами деревьев. Кенрик проводил ее потерянным взглядом и посмотрел на котенка. Тот довольно заурчал и встал на задние лапки, передними принявшись драть штанину — явно просился на руки. Юноша тяжело вздохнул, поднял малыша и сунул за пазуху. Затем сел прямо на землю, не обращая внимания на холод, и задумался.

Странное что-то творится в этой каверне… Разумные коты? Чудеса, никогда о таком и слыхом не слыхивал. Мало того, взрослый кот почему-то не убил его, не отобрал котенка, а назвал Кенрика братом своего сына. Что это значит? Почему это произошло? Он ничего не понимал. И, похоже, не поймет. Надо будет, когда доберется до населенных мест, показать котенка местным и спросить, что это за животное и животное ли вообще. Должны знать — достаточно вспомнить герольда, ехавшего на огромном коте. Не таком, как встреченный Кенриком, но тоже коте.

Пора было искать дорогу. Для этого достаточно просто идти на восток — в конце концов, упрешься в побережье. Со вздохом Кенрик поднялся на ноги и… опять столкнулся нос к носу черным котом. Тот как раз положил на землю тушу небольшой антилопы. После чего насмешливо рыкнул и снова скрылся в чаще. Кенрик довольно долго с раскрытым ртом смотрел на еще трепыхающееся животное. Это что же, котяра теперь его кормить будет? Ну и ну…

За пазухой зашебуршился и отчаянно замяукал котенок.

— Что, брат, лопать хочешь? — поинтересовался Кенрик, доставая его. — Тебе повезло, твой папашка расстарался.

Он поднес котенка к антилопе, и тот тут же принялся жадно хлебать вытекающую на мерзлую траву кровь, урча от жадности.

— Ты что, вампир? — удивился юноша, глядя на это.

Малыш насытился минут через десять и снова попросился за пазуху. Однако он так перемазался, что пришлось нарвать сухой травы и долго вытирать его, вылизаться толком котенок не сумел, только жалобно плакал. Не сразу удалось оттереть неряху от крови, но не совать же его за пазуху в таком виде? Наконец Кенрик справился и задумался: брать с собой тушу или нет? Всю ведь не потащит, тяжелая. Придется, пожалуй, задержаться, пожарить ногу антилопы и срезать с нее мясо. Да и перекусить свежатиной не помешает.