– Мне кажется, ты и ему рада, - мягко заметил Самаэль.

– Ты не устал?
– Грерия нахмурилась, глядя на его спокойное лицо, - ты печален? Тебя что-то расстроило?

– Грерия, - улыбнулся он, - я едва ли буду улыбаться, как раньше, я бы сказал, что раньше я скалил зубы, а не улыбался, но то, что сейчас - куда искренней и лучше.
– Он притянул ее к себе и поцеловал.

– Да, так вполне согласна, - улыбнулась она.
– Пойдем на море?

– Мы с тобой и так целый день бродим по городу. Но раз мы люди, разве нам не следует задуматься о хлебе насущном?

– Фу, какой ты не романтик, - произнесла она, таща его за руку вперед.
– Мы еще успеем окунуться в будни. А сейчас - почему бы нам не насладиться выходными.
– И она побежала, увлекая его за собой.

– Тебя никогда не донимала инквизиция?
– Неожиданно спросил он, когда они сели на берегу.

– Нет, - пожала плечами Грерия, - скорее, они дали мне толчок.

– В каком смысле? Воспитали тебя ведьмой?
– усмехнулся он.

– Нет. Они вешали, мучили, топили женщин в нашем селе. Искали ту самую, которая насылает порчу на урожаи, нагоняет тучи посреди ясного неба, и заливает дождем их костры.

– И как, нашли?
– он с интересом смотрел на Грерию.

– Нет, - пожала она плечами, - потому что это была я. Когда до меня это дошло, я поняла, что у меня дар, и мне следует учиться, чтобы с умом использовать его.

– И что было дальше?

– Да что: я ушла из села, и шла до тех пор, пока не нашла еще одну женщину, с таким же даром, как у меня, только опытную и сильную. У нее я и осталась.

– Так это она тебя всему научила?
– Удивился Самаэль.
– Не иначе, как без Абы тут не обошлось.

– Конечно, не обошлось, - глаза Грерии сверкнули, - откуда бы у обычной смертной взялись все эти знания. Когда я пришла к ней, она уже была на службе у него. А потом, когда я стала достойной ученицей, я заменила ее.

– А что случилось с ней?
– спросил Самаэль.

Грерия как-то разом стушевалась, видимо, надеясь до последнего, что он не спросит.

– Я убила ее, - наконец, произнесла она.

– Мог и сам догадаться, - пробормотал Самаэль.

– Прости, мне жаль, мне правда сейчас жаль всего, что я натворила, - сказала Грерия, беря его за руку и заглядывая ему в глаза. Больше всего она теперь боялась, что он отвернется, не вынесет всех ужасов ее падения, и однажды отвернется.

– Я знаю, - прошептал он, нежно проводя ладонью по ее щеке.
– Мы оба изменились, кто я такой, чтобы осуждать тебя за содеянное. Я сделал столько, что...
– он замолчал.

– Не нужно об этом вспоминать, ты прощен, - произнесла Грерия, кладя голову ему на плечо.

– Содеянному мной нет прощения, - покачал он головой, но Грерия подумала, что у него это пройдет со временем, и сожаления рассеются сами собой, и улыбалась, глядя на море.

– Почему мы пришли сюда?
– Упиралась Грерия.
– Меня пугают эти большие металлические птицы. Я вообще не понимаю, как люди могут забираться туда и отрываться от земли.

– На метле привычнее?
– рассмеялся он.

– Смейся-смейся, на метле я всегда знаю, где верх, а где низ, и куда мне надо, а в этих консервных банках...
– она махнула рукой.

– Но они позволяют людям взмывать в небо, - воодушевленно начал он.
– Мы с тобой теперь обычные люди, Грерия, у тебя больше нет метлы, а у меня - крыльев. Так что если нам захочется полетать...

– Ни за что, - отрезала Грерия, подозрительно глядя на самолеты.
– И у меня все еще сохранились некоторые мои таланты, никто у меня их не отнимал.

– Чего я не могу сказать о своих крыльях, - с горечью произнес он.

– Самаэль, - Грерия не знала, что сказать.
– Я подожду тебя здесь, - махнула она рукой в сторону странных больших птиц. Ангел лучезарно ей улыбнулся и направился к самолетам.

– Почему его не устраивает все, как есть, - ворчала она, - почему надо все время что-то изобретать.

Вокруг собирались тучи, и небо отливало свинцом. Того и гляди, вот-вот мог начаться дождь. Какой-то след в воздухе привлек ее внимание, и Грерия непроизвольно повернула голову. Потом справа, на грани видимости, проскользнуло нечто. Ведьма давно уже забыла слово "случайность", поэтому тут же насторожилась. По характерному запаху, который уловил ее нос, она признала в скользнувших тенях демонов, которые часто орудовали на поверхности. Нельзя сказать, что ее это обрадовало. Аба мог прознать об исчезновении Самаэля, - насчет своей персоны она не обольщалась, - а это не светило им ничем хорошим. Грерия посмотрела на горизонт, придерживая волосы рукой от ветра, и отыскивая взглядом Самаэля, но его нигде не было видно. Он мог находиться за любой из этих нелепых тушек, стоящих на бетонном полу.

– Самаэль, - прокричала она, но ответом ей был только далекий гул еще одной тушки в воздухе, медленно снижающейся и заходящей на посадку. И в звуке металического зверя что-то было не так. Грерия понятия не имела, как должен звучать самолет, но она знала, что что-то не так. Грерия занервничала, и глаза ее заметались по полю, выискивая знакомый силуэт, но Самаэля по-прежнему не было нигде видно. Тем временем, больная птица приближалась, и теперь не было сомнений в том, что с ней не все хорошо. Тяжело тарахтя, самолет, заваливаясь на одно крыло, приближался к земле.