Тимофей виновато посмотрел на Леху. Действительно, на сокамерников он перестал обращать внимание после стычки с амбалами. Их не трогали — и он наивно полагал, что и дальше все будет так же тихо.

Ошибочное предположение. Теперь за это придется расплачиваться.

— Радуйся, сэнсэй, что я у тебя есть, — довольно проговорил Леха и звучно глотнул из миски через край. — Все вижу, все замечаю. Просто Штирлиц какой-то! Так вот, видишь, группа слева? Это верховые. Они здесь всеми верховодят, хоть и не слишком явно. А тех, что справа, в расчет можешь не брать. Местные бакланы, они их и сами давят. Правда, до открытого грабежа не опускаются.

Тимофей удивился:

— Значит, открыто тут грабили только нас?

Они доели мясо и запили его тепловатой водой

из чашек.

— Что решил-то, сэнсэй? — беззаботно спросил Леха, когда они покончили с ужином.

Тимофей сморщился, как от уксуса. Это что, браток спрашивает указаний? Значит, его выдвинули в командиры?

Раньше в их троице роль главнокомандующего исполнял Вигала. Но теперь эльф пропал. А выбираться отсюда нужно.

Тимофей сходил к крану и ополоснул миски. Затем вернулся к тому месту, где они сидели, и остановился перед Лехой, глядя на него сверху вниз.

— Нужно решить, кто из нас двоих будет главным.

Леха поерзал:

— Ну так…

— Не так, Леха. — Тимофей наклонился и заглянул ему в глаза. — Нас двое. Если командир я, то ты меня слушаешься. И делаешь все, что ни скажу. Даже если прикажу биться головой об стенку — встанешь и пойдешь биться. Или же командир ты, а я слушаюсь тебя. Тоже беспрекословно. Перед лицом нынешних опасностей анархии в наших рядах быть не должно. Нас и так всего двое.

Леха смотрел на него снизу вверх чистыми глазами невинного ребенка:

— Вот именно двое! Командовать-то некем. Может, как-нибудь обойдемся? Будем просто драться вместе, без всяких идей. И все. Без всякого комсостава и рядовых…

Тимофей вздохнул:

— Леха, вот видишь, ты даже здесь разводишь диспуты. А нам пора решать, что делать дальше. Знаешь, Леха, чем меньше отряд, тем опаснее разброд в его рядах.

— Молчу, молчу! — Леха поднял ладони. — Кому же и быть отцом-командиром, как не тебе! Ты у нас орел, руками машешь, да еще и рассуждать пытаешься…

— Я серьезно, Леха.

— И я серьезно. — Леха пожал плечами. — Командуй.

Тимофей выпрямился. Ну, вот его и благословили. Что же дальше?

«А дальше — ты должен подумать», — ответил он сам себе. Небо над их головами уже начинало темнеть. Отсветы заката пылали над одной из стен. Стоит ли попробовать переждать эту ночь в относительном покое, ничего не предпринимая? Можно же было в конце концов сторожить по одному — и так получить еще одну ночь сна.

И провести ночь, как крысы в мышеловке — испуганно озираясь и вскакивая от каждого шороха. А если кто-то из них задремлет, то оба могут уже не проснуться…

И в этот момент Леха тихо сказал:

— Сзади.

Вигала, еще не открывая глаз, ощутил вокруг себя странное томление в воздухе. Он осторожно пощупал пространство всеми чувствами прирожденного эльфа.

И ничего не почувствовал. Словно пространство вокруг него превратилось в темный студень, абсолютно не прощупывающийся, вязкий и плотный — и одновременно недоступный ни одному из его чувств. Он не ощущал ничего, кроме воздуха. Неизвестно было, как далеко простирается пустое пространство вокруг него, где возникают первые препятствия в виде стен, зданий или растений, есть кто-нибудь живой здесь или нет…

Но на этом странности не кончались. Тело было расслабленным. Он шевельнулся — мышцы среагировали не сразу. И сердце в груди билось замедленно, с остановками перед каждым ударом. Он попробовал подышать почаще, чтобы заставить сердце ускорить свое биение.

Ничего не получилось. Сердце по-прежнему отсчитывало медлительные удары, гулко и грозно отдающиеся в груди и по всему телу. Может, он болен?

Или таков был результат нападения мага-оружейника? Он помнил, как маг у ворот приподнял руки, готовясь к стойке Лooca. Но вот какое заклинание он читал из нее, Вигала не знал. И поэтому сейчас с ним могло твориться все что угодно — заклинания магов-оружейников здоровья еще никому не прибавили…

Итак, что-то не в порядке. Впрочем, кости, кажется, целы, а это уже неплохо. Значит, это было не заклинание перебивания костей. А что случилось с двумя людишками? Он неодобрительно подумал, что их наверняка накрыло волной заклинания вместе с ним. Может, он напрасно пытался вытащить их из сферы действия заклинаний мага? Наверное, разумнее было спастись самому, а уж потом спасти этих двух заморышей…

Вигала решил наконец открыть глаза. И ничего не увидел. Его окружала полная темнота. Абсолютная и непроглядная. Ни единого просвета вокруг, даже рассеянного. Под спиной ощущалась ровная поверхность, на которой он лежал.