— То есть? — непонимающе переспросил Маркус.

Но следующий вопрос доктора уже был адресован его брату.

— Детектив-сержант, если кому-то покажется, что дом под № 39 по Бетьюн-стрит не так давно подвергся… конструктивным переделкамв неизвестной и незримой для нас части… каким образом возможно обосновать или же опровергнуть такие подозрения?

Люциус пожал плечами и пригубил вино, разлитое по бокалам мистером Муром.

— Даже если она и намерена в конечном счете воспользоваться оной площадью в преступных целях, ей все равно сперва придется получить разрешение на переделку, если таковая затрагивает несущие элементы конструкции. В противном случае на нее неизбежно накинутся инспекторы и не дадут ничего перестраивать. То есть вы едете в центр и смотрите в архивах. Это несложно.

— Что скажете, Крайцлер? — хмыкнул мистер Мур. — Эта особа устроила у себя в доме что-то вроде тайника и прячет в нем девочку?

Доктор, не обращая на него внимания, продолжал расспрашивать Люциуса:

— Но достаточно ли точны будут записи? Относительно работ, произведенных в доме?

— Довольно-таки. В любом случае, по ним можно будет судить, производилась ли переделка. Вот только зачем, доктор?

Тут Крайцлер обернулся ко все еще улыбавшемуся мистеру Муру, чье лицо тотчас исполнилось внезапной серьезности, а взгляд уперся в гигантское серебряное блюдо устриц, утвердившееся в центре стола.

— Даже не думайте, Крайцлер, — процедил он. — Я свое отбегал.И ради какого-то легкомысленного предположения, выведенного вами из очередной серии бредней, я не стану…

— Не беспокойтесь, Мур, — ответил доктор. — Сара составит вам компанию. — Мисс Говард, как раз подносившую ко рту первую устрицу, заявление доктора не порадовало, но она лишь смиренно вздохнула. — Между тем, — продолжал доктор, — я сомневаюсь, что кому-либо из вас понравится другое насущное задание, — впрочем, у вас все равно отсутствуют необходимые знаки полномочий.

Люциус причмокнул устрицей, и едва я изготовился тоже сцапать себе такую же, лицо его внезапно озабоченно вытянулось.

— Ой-ёй, — издал он. Доктор кивнул:

— Да, очередное… как вы, Маркус, выразились? Боюсь, очередное, гм… «потрясение». Нам необходимо выяснить, почему Гудзонские Пыльники вдруг так заинтересованы в том, что происходит внутри и вокруг дома № 39 по Бетьюн-стрит. Я бы предложил вам посвятить несколько следующих ночей патрулированию территории банды, чтобы отловить пару-тройку не самых опасных членов и хорошенько потрясти их. Полагаю, вам не понадобится опыт нашего доброго знакомого инспектора Бёрнса в проведении «допросов третьей степени», хотя угроза применения такового может…

— Мы уже поняли, доктор, — ответил Маркус. — Ничего особенного. — Он обернулся к брату. — Не забудь прихватить револьвер, Люциус.

— Будто я его когда забывал, — мрачно буркнул Люциус. — А вы, доктор? Чем собираетесь заняться — верно, дальнейшими психологическими изысканиями?

— Если бы я полагал, что это поможет, — безусловно, — отозвался доктор, расправляясь с устрицей и воздавая должное вину. — Однако может статься, что на острове Блэквеллз обнаружатся одна-две женщины, коих мне будет полезно, исходя из имеющегося у нас контекста, навестить. Но есть еще одна загадка, которая занимает меня больше других. — Он обернулся к Сайрусу, затем обвел взглядом заросли, пытаясь обнаружить меня. — Стиви, будь так добр, подойди на минутку. — Я повиновался и, высосав из устричной раковины остатки пряного сока, встал рядом с Сайрусом. — Где палочка? Та, которую, по твоим словам, Динь-Дон вытащил из своего падшего соратника?

Вообще-то я успел напрочь позабыть об этой штуке и в задумчивости поднял палец. После чего перемахнул через изгородь, домчался до коляски и полез проверить под сиденьем. На мое счастье, палочка никуда не делась. Я зажал ее в кулаке, так же резво вернулся на террасу и вручил странноватую, хоть и простую штуковину доктору.

— Итак, мы имеем на редкость невероятное совпадение, — произнес он, изучая палочку. — В ночь, когда некто всадил в дверной косяк дома № 808 филиппинский нож, Сайрус сообщил нам, что ему удалось заметить лишь мальчика, мгновенно исчезнувшего за углом.

— Так, — подтвердил Сайрус. — На вид лет десяти-одиннадцати.

— А Стиви… ты сказал, что видел мальчика примерно того же возраста, скрывшегося за углом Бетьюн-стрит сразу после того, как один из Пыльников рухнул без чувств?

— Ага. Хотя пацан был черным, точно. Там было достаточно света, чтоб не обмануться.

Доктор кивнул, я же сграбастал с блюда еще одну устрицу, пока их все не прикончили остальные.

— Сайрус? — обернулся к нему доктор Крайцлер. — Не могли бы вы примерно определить национальность мальчика?

Тот покачал головой:

— Слишком темно было. То есть, он могбыть и черным, хоть утверждать это я и не решусь.

— А во что он был одет?

— Да как обычный уличный мальчишка, — отозвался Сайрус, пожав плечами. — Мешковато, похоже на обноски.

— А не было похоже, как и в случае Стиви, что одежда была для него велика?

— Можно и так сказать.

Доктор кивнул, хотя уверенности в его лице не прибавилось; он снова осмотрел палочку.