Атака захлебывалась, но они еще рвались вперед, горя жаждой мести. Аллан первым ворвался в сложенный круг камней. За ним успели Левша и Том Моррис. Задыхающиеся, хрипящие, они готовы были рвать врагов зубами. Аллан сразу вспрыгнул на высокий круглый камень. Этот прыжок спас ему жизнь. Пуля, нацеленная прямо в сердце, только зацепила ногу. И Аллан спрыгнул на голову стрелявшего. Один удар прикладом ружья… Когда Ал поднял глаза, Моррис приканчивал второго бандита.

Наконец-то они хоть немного отомстили! Парни залегли в укрытии, пока пули визжали по камням с внешней стороны. На какое-то время они оказались в относительной безопасности. Но внезапно пули свистнули в щель между валунами, и Том Моррис содрогнулся от боли и вскрикнул. Рана была не смертельной, но свидетельствовала о безнадежности их положения.

Трое врагов вскочили на лошадей и помчались к более выгодному месту, где прятался командир и откуда простреливалась вся долина. В отчаянии Моррис и Левша выстрелили им вслед. Но они рванули слишком неожиданно и быстро, а расстояние было слишком велико, чтобы стрельба повредила им.

— Половина наших еще живы, — прохрипел Левша. — Посмотрите! Они добивают тех, кто упал!

Действительно, эти звери стреляли в лежащих людей.

Но возмездие приближалось. Сзади, с другого конца каньона донесся мощный перестук копыт. В ослепительном солнечном свете всадники смотрелись великолепно. Их кони блестели, поля шляп отгибались назад от бьющего в лицо ветра. Первым скакал Гарри Кристофер, и в каждой руке он держал по револьверу. Он стрелял на скаку, и без промаха. Из своего укрытия товарищи увидели, как один из их противников вскрикнул и подпрыгнул, сраженный пулей. Это скакал Гарри Кристофер, отважный рыцарь без страха и упрека, а с ним все его ребята и запасные лошади.

Двоих парней вышибли из седел, но блистательное воинство вымело врагов из засады в скалах и ринулось к следующей, где притаились остальные парни Рэмзи. Притом отлично вооруженные. Их выстрелы сливались в единый рев, палили они непрерывно, пока рукоятки не раскалились и их стало невозможно держать в руках. Грохот выстрелов напоминал низвержение могучего водопада. Уже три пустующих седла, но всадники прорвались — и враги сошлись в неистовой рукопашной.

У Рэмзи остался только один укрепленный пост. Внезапно из-за скалы выпрыгнул высокий худой человек, сорвал шляпу, и его длинные волосы разметало ветром. До Аллана донесся его негодующий вопль.

— Рэмзи… совсем спятил… для него драка все равно что выпивка… — тяжело дыша, промолвил Том Моррис. — Это не человек, это сам дьявол!

Левша закричал:

— Вперед, парни! Поможем нашим! Этим скоро конец!

И они ринулись через долину. Том Моррис остановился, пошатнулся и упал мертвым. Но остальные неслись вперед. Они видели, как Гарри Кристофер штурмует последний вражеский оплот.

Они добежали, и перед Алланом закружился водоворот тел, перекошенные ненавистью лица уставились на него и на поредевший отряд всадников. Он увидел оскаленные зубы, сверкающие покрасневшие глаза. Он увидел блеск стали. В его легкие ворвался пороховой дым. И сердце его зажглось неистовой злобой. Страх исчез. Для него просто не осталось места. Так же, как и для раздумий и сожалений.

Он не мог бы рассказать, что он делал. Он помнил только, что молотил винтовкой и что приклад разлетелся от удара по чьему-то вопящему лицу. Он только знал, что размахивал винтовкой без единого патрона, и сталь гнулась от силы его ударов, как тонкая жесть. Он отбросил бесполезное оружие и дрался голыми руками, и что-то трещало под его беспощадными пальцами.

Внезапно сквозь слепящую круговерть сумасшедшего боя чей-то голос коснулся его слуха и его сердца. Голос Джима, его стон.

Аллан остановился и оттолкнул от себя незнакомое безвольное тело. Рядом не осталось никого живого. Аллан дико огляделся, и что-то внутри его сказало ему, что такова, должно быть, воля Божья: уничтожить врагов рода людского руками других, им подобных!

Джим полусидел, прислонившись к скале, его руки обессиленно лежали вдоль тела, голова была запрокинута, а глаза впились в Аллана с безмолвным ужасом. Не с болью, не с мольбой, а именно с ужасом.

Аллан протянул к нему руку и заговорил. Он и не знал раньше, что его голос может быть таким стальным, таким низким и хриплым! Он переменился телом и душой. Станет ли он когда-нибудь прежним, таким, каким он был до сегодняшнего дня? Даже Джим отшатнулся от него! Джим, испытанный и верный товарищ! Аллан опустился рядом с Джимом на колени.

— Джим, — сказал он, — ты сильно ранен?

Джим вздрогнул и поднял дрожащую руку, будто хотел оттолкнуть его.

— Что случилось? — воскликнул Аллан.

— Я видел тебя в деле… Я видел, Ал. Кто ты? Дьявол?

Но Аллан отмел все горестные мысли в сторону.

— Не важно, что с остальными, — пробормотал он, когда рядом кто-то жалостно застонал. — Среди них не было хороших людей, кроме тебя, Джим. Куда тебя ранили?

— Со мной все кончено, — ответил Джим. — Я умираю. И если бы у меня был шанс протянуть еще немного, я бы доказал всем на свете, что я не сволочь. Но я умираю.

— Куда тебе попали?

— Куда-то в бок. С такой дырой долго не живут. Я знаю. Я видел раньше…

Он запнулся и закашлялся. Когда несчастный снова мог говорить, он еле слышно выдохнул:

— Кто выиграл?

— Никто. Все убиты.

Слабая улыбка коснулась бледных губ Джима.

— Тогда миллион долларов достался тебе, старик. Что ты будешь с ним делать?

— Верну тем, кому он принадлежал.

У Джима округлились глаза.

— После того, как мы боролись и умирали за эти деньги?