— Синтия! — позвал Малколм.

Ни один не посмотрел на дверь туалета. Оба не сводили глаз друг с друга.

Крайт потянулся за «Глоком».

Старик развернулся и побежал.

Крайт вскочил на ноги так быстро, что свалил стул, передвинул селекторный переключатель на автоматическую стрельбу и нацелил на дверь. Малколм к тому времени исчез из виду.

Крайт бросился за ним. Столовую старик проскочил шустро, как мальчишка, но в гостиной задел угловой столик, покачнулся, схватился за кресло, чтобы устоять на ногах.

Крайт выпустил короткую очередь, которая пришила спину Малколма от поясницы до шеи. Глушитель так эффективно погасил грохот выстрелов, что и от детского пугача шума было бы больше.

Старик упал лицом вниз и остался лежать, повернув голову. Глаз, который увидел Крайт, был широко раскрыт, но об остроте взгляда говорить уже не приходилось.

Стоя над Малколмом, Крайт выпустил в него все остававшиеся в обойме патроны. Тело дергалось, но стрелял-то он уже в труп.

Расходовать двадцать, а то и больше патронов на мертвеца смысла вроде бы не имело, но Крайт полагал, что это необходимо.

Менее уверенный в себе человек, чем Крайт, не обладающий таким самоконтролем, заменил бы пустую обойму полной и тоже разрядил бы ее в покойника. Крайт всегда гордился свойственными ему сдержанностью и выдержкой, но и его фантастическое терпение приблизилось к пределу.

Он открыл парадную дверь и увидел плащ Синтии на диване-качалке. Зонты, ее и Малколма, лежали на полу.

Он занес все в дом и запер дверь.

Повесил плащ в стенной шкаф в прихожей. Туда же поставил и зонты.

На кухне, сев за стол, взял мобильник и проверил сообщения. Когда он ещё разговаривал с Синтией, ему дали знать, что «Эксплорер» брошен на стоянке у ресторана.

Об угнанных автомобилях из окружающих ресторан кварталов заявлений не поступало, но хозяин мог хватиться своего автомобиля лишь через несколько часов.

Крайт подумал об автобусе и отправил соответствующее сообщение. Не так уж много автобусов проходило по этому маршруту в столь поздний час.

Так что пришлось бы задать вопросы двум-трем шоферам, не больше.

Он не собирался убирать трупы из туалета и гостиной. Синтия и Малколм погибли только потому, что их дочь и зять не настояли на соблюдении едва ли не главного правила: мой дом — моя крепость. Нельзя же превращать собственное жилище в проходной двор. Теперь это его не касалось. Он не лез в дела чужой семьи.

Прибравшись на кухне, он поднялся на второй этаж, в большую спальню, чтобы узнать, нет ли у Бетани и Джима порнографических видео и интересных секс-игрушек.

Ничего такого не нашел. Выяснил, что Джим складывает носки, а не скатывает. На нескольких трусиках Бетани обнаружил вышитого розового зайчика. Таблоиды тут бы ничем не поживились.

В шкафчиках ванной самой интересной его находкой оказалось слабительное, в большом количестве и разных фармацевтических компаний. Эти люди то ли совсем не ели клетчатку, то ли их толстый кишечник был столь же неэффективным, как и канализация в странах третьего мира.

Бетани и Джим были такой безликой парой, что Крайт не мог не удивиться, что легендарные Джуди и Френки хотели с ними знаться.

Зубные щетки были розовой и синей. Он почистил зубы розовой, предположив, что это щетка Бетани. Но дезодорантом воспользовался мужским, а не женским.

Оставшееся время пришлось коротать на кухне с последним номером журнала «О», который прислали по почте.

В 7:15 он открыл входную дверь и улыбнулся, увидев на диване-качалке чемодан и небольшую дорожную сумку. Прибыла заказанная им одежда.

Дождь полностью прекратился. С деревьев капала вода. Солнце прорвалось сквозь облака, и мокрая улица начала парить.

Пятнадцатью минутами позже, полностью одетый, он оглядел себя в большом зеркале на двери ванной, примыкающей к спальне Бетани и Джима.

Когда Бетани стояла голой в ванной, возможно, мужчины из Зазеркалья с восхищением наблюдали за ней без ее ведома. Крайт не мог видеть тех, кто жил в зазеркальной реальности, на него смотрело только собственное отражение, но это не означало, что зазеркальцы тоже могли видеть лишь себя.

Спустившись вниз и подходя к входной двери, он услышал, как в замок вставили ключ, повернули, дверь открылась.

Женщина вошла в дом, удивленно вскрикнула, увидев Крайта.

— Вы меня напугали.