Уж лучше это был ребенок от неизвестно кого, или от тебя, Марат, чем,… чем от этого … урода.

– Ну, спасибо, -

(казалось, в этот миг Дюан даже покраснел, засмущался… от сказанных мною слов,

но, увы, мне, идиотке, тогда было не до этого… - я сгорала от ненависти, от возмущения, от растоптанных чувств, и ни на что не обращала внимание)

– Но ты сам говорил. Неважно уже кто отец – свой бой этот гад проиграл. Этот ребенок – МОЙ …

И теперь только я в ответе за него… ТОЛЬКО … Я.

– Так ты решилась? Решилась всё оставить, как есть?

(взгляд в глаза)

– Да.

(невольно закивала головой)

Да, я решилась.

И… если честно, без тебя этого бы…, скорее всего, никогда бы не произошло – сломалась бы я, и…

(замерла, замерла вдруг – наконец-то пала стена собственного «я», собственных чувств – и мне стала интересна реакция Марата)

– А ты, ты,… что об этом думаешь?

– Патти…

– Нет, скажи, как есть… Правду, прошу. Я… пойму.

(глубокий вдох)

– Я считаю, ты - уже давно не маленький ребенок, и твое решение, мнение заслуживает быть услышанным.

А лично меня… этот факт, что малыш, твой малыш, будет жить, что будет частичка тебя жить, проростать в этом мире – очень радует. Честно, я безумно рад такому твоему выбору.

– Честно?

– Честно…

(несмелый шаг навстречу)

– Патти, знай,… я…, - еще шаг… и вдруг его руки робко коснулись моих плеч. – Я всегда буду рядом с тобой, буду поддерживать…

… Патти,

ты…

(от неожиданного звонка в дверь меня даже подбросило на месте)

(замер в удивлении и Марат)

– К… тебе гости? – едва слышно прошептала я.

– Не знаю, - короткий взгляд в глаза… и тут же оторвался, шаг в сторону. Секунды рассуждений – и ушел в коридор.

(щелчок замка, рык двери – и вдруг… женский голос)

– Привет, Марчик…

– Женье?

– Не ждал...?

– Нет, конечно.

– А в дом не пригласишь?

– Что ты здесь делаешь?

– Значит,… внутрь мне, все-таки, не попасть. Может, еще и дверь перед носом захлопнешь?

– Проходи, - (удивление вместе с каким-то раздражением едва позволяли, казалось бы, Дюану отвечать, реагировать спокойно на происходящее)

– Ты до сих пор дуешься?

– Что ты здесь делаешь? – взволновано, отчасти дерзко, переспросил Марат.

– Хм. Неужели… мы все-таки расстались врагами?

(тяжелый вздох)

– Пусть не врагами, но не друзьями, уж точно…

– И что? Будем делать вид, что не знали друг друга? Что не спали вместе? Что ты…

– Хватит, Женье….

– Почему?

(черт, наверно, глупо стоять вот так посреди комнаты и подслушивать чужой разговор?)

– Потому, что всё, что когда-то было – осталось в прошлом. В прошлом, в котором ты меня… предала.

– Предала? Ты же понимаешь, откажи я Берну – и всё…?

(нервно, возмущенно расхохотался)

– Кажется, в этом споре… прошлый раз я тебя едва не выбросил из окна…

(рассмеялась)

– Да-да, едва…

… зато уж точно вышвырнул из квартиры, вдогонку зашпулив чемодан…

Котик, - ее голос стих до интимного. – Уже прошло сколько времени… Разве… не пора… всё забыть?

– Правильно, Женье. Забыть. Я так и сделал, - раздраженно оттолкнул ее от себя, убирая руки со своей груди. – И ничего, кроме как гадкого сна, ты мне не напоминаешь.

(несмелые шаги (мои) по коридору … – замерла возле них)

Спешно обернулись.

– О,… так ты не один? Новая куколка?

(выдала в мою сторону та)

– Патти, познакомься, это – Женье…

– Бывшая его невеста,

… та самая, и единственная, что едва не стала Дюан, - мило (едко) заулыбалась, захохотала девушка и протянула мне руку.

(жеманно, холодно (отчасти с опаской) улыбнулась я ей – несмело пожала ладонь)

– Патриция.

– Интересный ты вариант себе подыскал, - вдруг вновь (едко) рассмеялась Женье.

Наверно, в этот момент я должна была возразить, сказать, мол, мы - только друзья и все такое,

… но гордость моя, или самолюбие, не позволила поощрить больные мечты этой… лахудры.