Патти, маленькая моя. Я тебе обещаю, клянусь, у этого дурака ничего не выйдет. Пусть ходит, кричит, угрожает – дотрандится, что просто… я его заткну раз и навсегда.

– Марат…

(от шока я даже побледнела)

– Судебный запрет, Патти. Судебный.

Хотя… и то, что ты подумала – неплохой вариант.

(невольно рассмеялся)

– Плохой. Очень плохой. Пусть лучше сам, по-своему, сдохнет, чем тебя еще запятнит.

(сжал, крепко сжал в своих объятиях)

– Всё будет хорошо. И тебя, и твоего сынишку - я вас защищу.

(невольно обвисла, расслабилась,… уткнулась носом в шею и замерла)

– Как бы… хотелось, чтобы прошлое… просто исчезло. Всё – исчезло. Начать с нуля.

Новая жизнь. Где только… мы… втроем.

Ну, и мама с Эльзой.

…

– А, хочешь? – вдруг резко отстранил меня от себя, взгляд в глаза. – Хочешь, уедем? Хотя бы на время. Пока не родишь? Ну, или…

– Куда?

(хотя, по сути, мне это было уже не важно…

уехать, уехать, УЕХАТЬ!!!!!!!! долой… но только вместе с Маратом)

– Не знаю, куда хочешь: другой город, другая страна, другой материк.

(невольно улыбнулся)

Предложил бы даже другую планету, да, боюсь, что не согласишься.

(рассмеялась)

– А чего? С радостью… Но, думаю, и другой город вполне подойдет.

– А, может, Италия? Или хочешь, поедем в Париж? В Лондон? … а может, хочешь какой провинциальный городок? А?

– Не знаю, не знаю, Марат – куда угодно увези меня. Лишь бы… подальше от этого дурдома.

Но…

(вдруг вспомнила)

А… как же твой бизнес? Как же… клубы…?

– Дай мне недельку. Я всё устрою. Я передам все управление на своих замов. Буду на расстоянии следить. И мы уедем. Чтобы ты больше не нервничала. Не переживала. Наконец-то смогла расслабиться и жить дальше…

(невольно улыбаюсь от счастья,

глубокий вдох – и сильнее прижалась к его груди)

– Марат, если я сейчас размечтаюсь – то уже остановиться не смогу…

– Это не мечты, Патти, - нежно провел по волосам, короткий поцелуй в висок, - Это – наше будущее, в котором всё будет… хорошо.

Только никому об этом пока не говори, просто, поставим потом перед фактом. Не хочу,… чтобы тебя еще и по этому факту… лишний раз терроризировали. Идет?

– Идет.

Глава Пятьдесят Пятая

Я давно уже намекала Эльзе искать себе помощницу, а теперь пришлось с уверенностью заявить: я иду в декрет, так что, дорогая, больше на рынке торговать не буду.

Стоит ли передавать все те тирады, что раздались в мою сторону, о том как же я разленилась, расцацкалась сама с собой. Мол, раньше… и в поле рожали…

Бла, бла, бла…

И во всем виноват Марат: меня сбаламутил «хорошей жизнью», и теперь старые законы нипочем. И что в лень окунуться легко, а вот назад вынырнуть – едва ли возможно.

В общем, что рассказывать, передавать. Думаю, любой, и даже я, в том числе, толкала бы подобную речь, видя как портиться человек. Но, елки-палки, не ради себя творю же всё это! (или ради себя тоже?)

Я хочу спокойно выносить ребенка, родить его здоровеньким и крепеньким, а вот рынок, базар – это ничто иное, как котел страстей, и не в пользу позитива и радости. Тяжело…

… что бы не говорили, а работа с людьми, особенно в условиях, где каждый второй считает себя выше тебя, едва ли может носить имя «человеческая»…

В неделе - семь дней. В стуках – двадцать четыре часа.

Неужели? Кто такую чушь выдумал?

… отныне я не верю в эти константы. Чес слово, время либо остановилось, либо его хвост кто-то нагло защемил в дверях – и оно растянулось до неузнаваемости…

…

– Марат, так мы честно уедем? Да? Честно??

Подобные вопросы едва ли не зомбировали (доводили если не до нервоза, то до полного равнодушия и апатии уж точно) … моего Дюана,

– что же, простите, у меня не хватало ни сил, ни терпения сдерживаться.

Если и не мигом собрать вещи – и укатить долой, то хотя бы обещания… согревали душу.

…

– Марат, - и снова я веду эту больную песню, вместо того, чтобы следить за развитием сюжета фильма.

– Да, Патти?

– А где мы там будем жить?

– Мы же уже это обсуждали.

– Так, а если не найдем домик…

– Найдем, я уже узнавал, связывался с агентствами недвижимости…

– ДА??? Честно?? – счастливо заулыбалась я, тут же поджала под себя ноги и поближе пододвинулась к Лимончику. – И как? Что сказали?