«Но Брэна убил я … и отчасти именно для того, чтобы никто не мог сказать, что Вы убили Брэна, чтобы заполучить его жену.»

Морган вздохнул. — “Я знаю. Но есть кое-что еще. Хиллари говорит, что их беспокоит то, что она является одним из опекунов Брендана, и, если со мной что-нибудь случится, то Корвин и Марли будут в ее распоряжении до тех пор, пока не вырастут Брендан и Бриони. И если она решит предать Вас …»

«Аларик, это безумие!» — выпалил Келсон. — “Она верна и Вам и мне! Она никогда не предаст никого из нас! Должно быть какое-то другое объяснение.» — Он задумался. — “Думаю, что это вина Хамильтон и Хиллари, которые не желают терять власть, которую они имели все эти годы, пока Вы были неженаты. Вряд ли можно винить их за то, что они ревнуют.»

Морган покачал головой. — “Хотел бы я, мой принц, чтобы все было настолько просто. На самом деле, она очень понравилась Хамильтону и Хиллари. Они удивлены так же, как и я. Но некоторые из их офицеров отказались подчиняться и сказали, что они не могут ручаться за поведение людей, если я возложу ответственность за нее, и что-то пойдет не так, даже если она будет не при чем.» — Он вздохнул. — “Поэтому я не дал ей никаких полномочий и не мог заставить себя объяснить ей почему. Это выглядело бы так, как будто я соглашаюсь с ними.»

Слушая Моргана, Келсон быстро трезвел, а когда тот закончил, отставил свой кубок в сторону с гримасой отвращения.

«Вам надо было рассказать мне об этом раньше.»

«Я не хотел беспокоить Вас. Пока не умер Карстен Меарский и все закрутилось, я думал, что проведу всю зиму дома и смогу разобраться с происходящим. А теперь похоже, что я не смогу оказаться дома раньше чем в конце лета. Я не знал, что она приедет на Рождественский прием при дворе, но, учитывая сложившиеся обстоятельства, я доволен, что она это сделала. Ремут — самое подходящее место для нее, пока я не разберусь.»

«И все-таки Вы должны были рассказать мне. Дункан знает об этом?»

«Нет. Больше никто.» — Он замолчал, заметив появившегося в дверях гардеробной Дункана, поддерживающего ослабевшего и стонущего Дугала.

«С ним все будет в порядке,» — усмехаясь сказал Дункан, помогая Дугалу пересечь комнату и помогая ему осторожно усесться на прежнее место. — “Он уже не так пьян, как несколько минут назад, не так ли, сын мой? Я думаю, он получил хороший урок.»

«Да. Больше никогда,» — несчастно кивнул головой Дугал. — “А что это было за вино? Я никогда не чувствовал себя настолько ужасно.»

Морган лениво поднял кубок и понюхал его содержимое. — «Красное фианнское. Оно, на самом деле, неплохое. Голова болит?»

«Как будто в голове у меня кузница,» — пробормотал Дугал, закрывая глаза ладонью и откидывая голову на спинку стула. — “Я умираю.»

Дункан, небрежно взгромоздясь на подлокотник стула Дугала, положил одну руку ему на затылок и стал массировать основание черепа, положив вторую руку ему на плечо; Дугал вздохнул и расслабился. Морган, догадавшись, что делает Дункан, и чего Дугал не замечал, поглядел на Келсона и приготовился и дальше отвлекать внимание Дугала. По крайней мере, Дугал мог извлечь кое-какую пользу из этого вечера.

«Ну, я думаю, что это чувство нам всем хорошо знакомо,» — сказал он с улыбкой, мысленно сообщая королю о своих намерениях. — “Вдобавок, красное вино — страшная вещь. Я помню, как однажды в Дженнан Вейл мы с Дерри — это было задолго до того как Вы, Келсон, стали королем — так набрались местным вином, что я думал, что нам обоим придет конец. Хотя Дерри действительно умеет пить. Он вскочил на стол и пел…»

Он болтал еще несколько минут, наблюдая вместе с Келсоном, как Дугал все сильнее расслабляется под воздействием Дункана, руки его медленно опускаются ему на колени, складки на лбу разглаживаются, и он засыпает. Еще через несколько минут Дункан слегка передвинул руку, чтобы накрыть ею закрытые глаза Дугала. Взглянув на Моргана и Келсона, он усмехнулся.

«Неплохо сделано. Он не совсем под контролем, но спит. Я не хотел слишком сильно полагаться на удачу. Его экраны все еще на месте. И если ему казалось, что у него болела голова, давайте посмотрим, что он скажет утром!»

«Я бы предпочел не думать об этом,» — пробормотал Келсон.

«Ну, у Вас есть выбор,» — сказал Морган, откидываясь на спинку своего стула и, усмехнувшись, отставил свой кубок в сторону. — “Одним из побочных эффектов дара целительства является способность облегчить следующее утро. Мы, наверное, могли бы помочь и Дугалу тоже, но, из-за того, что нам надо обходить его экраны, это — гораздо тяжелее. Может быть, это послужит для него стимулом научиться опускать их.»

«Я надеюсь, что это произойдет скоро!» — пробормотал Келсон. Вздохнув, он встал и пригладил рукой волосы. — “А сейчас, я думаю, нам всем надо немного поспать. Дункан, не могли бы Вы перенести Дугала в мою комнату; моя кровать более чем достаточна для двоих, по меньшей мере, до наступления завтрашней ночи, и надеюсь, что Вы и Аларик сможете облегчить мои страдания.»

Слегка пошатываясь, но отказавшись от предложенной Морганом помощи, король проследовал в спальню и сбросил одежду.