Артем спросил, и вот нате вам! К немалому, признаться, удивлению господина посла, айн по имени Косам заговорил. Правда, он сперва довольно долго молчал, размышляя о чем-то своем, и когда Артем уже отчаялся услышать хоть что-то в ответ на свой вопрос, айн заговорил и рассказал свою историю. При этом он мастерил стрелы из всего того, что добыл на побережье и в кочевье, говорил долго, отрывочными фразами, делая долгие паузы, но все же добрался до финала. Кое-кто из отряда к тому времени уже успел заснуть, но не Артем. Посол слушал с интересом до самого конца.

История житья-бытья айна по имени Косам вкратце сводилась к следующему.

Племя, в котором он родился и провел всю жизнь, обитало где-то в глубине острова Хоккайдо. Его род жил в долине реки Тоитои и, как понял Артем, специализировался на ловле красной рыбы, на охоте на оленей и медведей. Они поклонялись богу Окикуруми и прародителю рода – человеку-медведю Онки.

Как сказал айн, японцы на Хоккайдо делили айнов, которых они называли эдзо, на куци-эдзо, то есть передних эдзо, оку-эдзо, то есть дальних эдзо, мэнасикуру, то есть восточных, и сюмукуру – западных. Были еще срединные эдзо, но японцы почему-то не придумали для них особого названия.

– И пусть не придумали, – сказал айн. – Потому что мы сами никогда не называли себя так и не станем называть. Каждый айн знает свой род, его прародителя и границы владений, которые не имеют ничего общего с представлениями японцев об этих границах.

Косам не был сыном вождя, колдуна, разговаривающего с духами, или богатого торговца лошадьми, которых его род тоже разводил, как и почти все племена айнов, известно как великолепные коневоды. Недаром японцы считают, что лошади айнов лучше их собственных.

Зато Косам был сыном самого почитаемого в племени охотника на медведей. У него было две сестры и трое братьев. Он не был старшим, но именно его отец стал брать с собой на охоту, а это означало, что именно Косама он хотел сделать своим преемником. Да, мальчишка рано возмужал и был заметно сильнее и ловчее своих братьев. Косам не без гордости сообщил слушателям о том, что в детских играх он побивал не только своих одногодков, но и мальчиков гораздо старше себя. С еще большей гордостью айн упомянул, что во владении луком он уже в детские годы превосходил даже некоторых мужчин. Пока те выпускали одну стрелу, он успевал выпустить три, и все они попадали в цель.

Когда Косам вошел в возраст мужчины, отец стал всюду брать его с собой, стараясь как можно скорее передать надеже-сыну все, что знал сам. Он взял его и в город Акита, куда ездил вместе с вождем Соконки заключать очередной вечный мир между Ямато и вождями айнов. В этом месте рассказа к уху Артема наклонился Хидейоши и объяснил, что заключали не мир. Империя никогда не заключает мира со своими с мятежными провинциями, а земли айнов – это провинции Ямато. Послы императора принимали клятву вождей айнов в вечной верности. Хидейоши признал, что за многие века таким клятвам счет идет на тысячи и все равно все заканчивается новой войной. Однако из политических соображений подобные представления продолжались и будут продолжаться впредь.

Вожди провели в Акита год. За это время Косам выучился японскому языку, осваивая его со всем усердием. Разумеется, он научился только разговаривать по-японски, но никак не читать и писать. На это потребовалось бы гораздо больше времени, тем более что навыков подобного обучения у Косама не было. Айны не имели своей письменности.

Косам не стал пояснять, чем было вызвано подобное усердие, но Артем знал это и без него, слышал раньше от других людей. У айнов считалось почетным знать японский язык. Знание японского возвышало человека в глазах соплеменников. Вот такой вот парадокс, учитывая ту «теплоту», с которой айны относились к японцам и, соответственно, японцы к айнам.

С чем это можно сравнить? Да вот хотя бы с чеченцами и русскими. Редкий чеченец не считает русских своими врагами, однако только глупый чеченец не понимает, что без знания русского ему не стать большим человеком, не достигнуть чего-то серьезного, не попасть на серьезный пост.

Вот и здесь имела место примерно та же история. Без знания японского трудно говорить с врагами, а говорить с ними приходилось часто, трудно вести торговые дела, а торговали, кстати, вовсю, несмотря на бесконечные стычки и сражения.

Видимо, из-за своих успехов в разных, так сказать, областях и сферах Косам считался в племени завидным женихом. Вскоре у него появилась невеста, и тоже завидная – одна из восьми дочерей вождя племени Соконки. Свадьбу, как это было принято в их племени, должны были сыграть осенью, но весной их вождь Соконки рассорился с вождем одного из соседних племен.

Если бы не ссоры вождей, то айны были бы непобедимы, с искренней горечью признал Косам. Но вожди ссорились, и племена воевали друг с другом.