— Не туда, нет! — оглянувшись, Тихомиров махнул рукой инженеру и, кивнув Олесе, быстро побежал к лесу. — За мной, за мной!

— Но там же… там…

— Быстрее!!!

И в самом деле, что-либо объяснять уже было некогда — с окруженного клубами дыма крыльца выскочили двое трехглазых с огромными копьями в руках. Выскочили, опустились на корточки и, словно сторожевые псы, понюхав воздух, кинулись в погоню за беглецами.

Ну а те прибавили прыти — а что им еще оставалось делать? Теперь уже не надо было никого подгонять — быстро приближаясь, гнусные твари выли и голосили сзади.

— Туда! — Оглянувшись, Максим подхватил едва не споткнувшуюся девушку. — Во-он к тем сосенкам…

И сам прибавил ходу… И все смотрел под ноги, все высматривал: ну где же? Где?

А позади, уже совсем рядом, слышался торжествующий рев!

Ну?

Вот та сосна… А вот…

Словно разноцветным калейдоскопом ударило по глазам так, что Макс даже на миг зажмурился… Вот они! Цветики-семицветики…

— Сюда-а-а!!!

И, схватив Олесю за руку, прыгнул в цветы… Инженер тотчас же последовал за ними…

Они словно провалились в лето — да, похоже, это и было лето, солнечное замечательное лето с ярким синим небом над головой, с пением птиц, с прозрачно-зеленой липовой рощицей и поросшим ромашками и одуванчиками лугом.

По лугу тянулась тропинка — по ней и пошли, постоянно оглядываясь. Нет, похоже, позади все было чисто…

— А ведь вырвались! — радостно засмеялся Петрович. — Честное слово, вырвались. Куда вот только?

— А вот это увидим… — Максим пожал плечами. — Вы это, посматривайте. Ежели вдруг заметите круглые хижины — надо срочно прятаться.

Олеся улыбнулась и сбросила в траву ватник:

— А вообще-то мне здесь нравится! Очень! Солнце какое… Господи… Теплынь!

Отвернувшись, она расстегнула кофточку, завязала на животе узлом — не так жарко. По ее примеру скинул телогрейку и инженер.

— Но-но, вы не очень-то, — оглядываясь, предупредил Макс. — Нам еще возвращаться.

— А может, здесь переждем? — Карие, с блестящей искоркой солнца, глаза девушки загорелись надеждой. — Смотрите, как здорово! Ну, вот это солнышко, небо — голубое-голубое… эта трава по пояс, ромашки…

— Здорово-то здорово, — срывая травинку, хмуро отозвался молодой человек. — Только мы здесь долго не протянем. Не забывайте, еды у нас… ну, максимум суток на трое, а воды и того меньше.

— Но вон же река!

— Ага, река… Только вы не забывайте, все это — морок! Отражение, зеркало… точней — зазеркалье. Вот, Олесенька, ма шери, попробуй-ка, пожуй этот цветок…

— Да что я — корова что ли?

— Ну вот, смотри, щавель…

Максим и сам бросил в рот кислый листочек… и ничего не почувствовал, никакой кислоты, вообще ничего! Пустое место… Листик никак не хотел жеваться, а словно бы куда-то пропал.

— Ну как? — Тихомиров подмигнул девушке. — Покушала?

Та лишь развела руками и вздохнула:

— Жаль… Ну хоть три дня-то мы здесь проведем? В речке искупаемся, позагораем… вообще отдохнем, коль уж выпал такой случай.

— Отдохнем. — Молодой человек улыбнулся. — Вы поляну-то хоть запомнили? Ну, через которую выбираться?

— Да вон она, за липовой рощей, — отмахнулась девушка. — И все-таки хорошо здесь! Ой, смотрите, там, на холме, деревня! Домики какие красивые…

— А прямо, похоже, шоссе. — Григорий Петрович показал рукою. — Вон, видите, пыль? Только что грузовик с сеном проехал.

Тихомиров потянул носом воздух и ухмыльнулся:

— Судя по запаху, не с сеном — с навозом. Наверное, откуда-нибудь с фермы.

— Да, повез на поля, — покивал головой инженер. — Я в прошлом году этого навоза телегу прикупил, для дачи. Полторы тысячи отдал.

— Тракторную телегу-то?

— Ну да.

— Тогда еще дешево.

— Так повезло, сосед трактористом работал.

Впереди, за кустами дикой смородины и лопухами, маячила автобусная остановка — основательное сооружение из серых бетонных плит, такую Максим видел еще зимой, на пути к Калиновке… когда тоже провалился в зазеркалье.

— Мужчины! А куда мы вообще идем-то?

— Хороший вопрос. — Усмехнувшись, молодой человек посмотрел на инженера. — Действительно — куда?

— Нам бы выждать денек-другой, — задумчиво промолвил Петрович. — А там, как ни крути, придется возвращаться обратно. Может, и повезет — не будут же эти трехглазые твари там постоянно стеречь?

— Да, — успокоительно — для Олеси — кивнул Максим. — Я тоже полагаю — прорвемся. Тем более, и ружья у нас… Давайте-ка где-нибудь тут присядем — проверим все…