Сын-хозяин нарядный такой, весь из себя топ-менеджер: коммуникатор-наладонник все эксплуатирует, даже в лифте. Подсмотрел как-то Сергеев через плечо: а он же, сука, в покер режется на деньги в виртуальном казино – вот отчего у него рожа всегда такая серьезная. А то! Думать надо в покере, не в шашки играем.

Заправляла в офисе по-настоящему старшая пионервожатая, в прошлом, в папиной комсомольской юности, гревшая его своей грудью в походах по местам боевой и трудовой славы. В кабинете тоже не отказывала, преданный человек. Еще бывший водитель папы, тоже не чужой человек, руководил безопасностью и за порядок отвечал, с органами взаимодействовал – вот так все было устроено.

Директор офиса (корпоративное имя Старая Блядь, СБ) вела себя жестко – никакого Интернета, все по свистку. Утро начиналось с корпоративного гимна про компанию и хозяина. Слова гимна написала сама, переделала из песни «Ленин всегда живой! Ленин всегда с тобой!».

Потом производственная гимнастика в коридоре, кричалки о процветании фирмы типа: «Я! Ты! Он! Она! Вместе выебем слона! (Западный конкурент с эмблемой-слоном). Вместе мы сильнее льва! Наш хозяин – голова! Сын его еще умнее! За работу! Кто быстрее?!»

Такой вариант мычал Сергеев под пристальным взглядом дирижера-СБ.

Потом все расходились по местам отдыхать и изображать кипучую деятельность.

Общий зал офиса не позволял и жопу почесать: все мониторы сотрудников сканировались службой безопасности, даже потрепаться по аське было нельзя, а о порнухе и речи быть не могло – тоска зеленая, а не работа.

Но были и радости: каждую вторую пятницу устраивали для укрепления духа тим-билдинги (технология корпоративной культуры, а по-старому – бег в мешках) и пение в караоке мажорных песен советских композиторов в кавер-версиях модных диджеев.

Иногда водили в боулинг и играли командами на приз – типа чайник с логотипом фирмы, выбирали Мисс месяца, Мистер офис. Все это с пивом и чипсами, как на Западе.

А если, не дай Бог, тренинг или семинар личностного роста в пансионате, то совсем труба. Обстановочка ну точно как в сектах тоталитарных: в ладоши хлопают, себя подбадривают, как на сеансах Кашпировского. СБ очень любила это в молодости, не всех детей отымела пионерскими сборами, а тут добрала по полной программе. Призвание – вещь замечательная. Ей бы в лагере работать концентрационном – никакой газовой камеры не надо, всех бы извела энтузиазмом своим.

Сергеев решил им «оранжевую революцию» сделать, порушить их ненавистный диктат: платят мало, суки, а издеваются хуже коммунистов.

СБ, женщина до пятидесяти, горела на работе, но комсомольская юность с играми и забавами разбудила в ней вулкан страстей. Мужа у нее не было, и половая жизнь нерегулярная ее томила. Сергеев решил сыграть на ее низких страстях, чтобы остудить ее офисный пыл.

На Восьмое марта он пригласил немногочисленных женщин офиса в «Красную Шапочку».

Многие сначала фыркали, но, выпив, втянулись в действо, позволяли бравым хлопцам трогать себя и совали им в стринги деньги, припрятанные для сокровенных покупок.

СБ сбросила с себя все нравственные оковы и даже часть одежды и вышла на сцену. Там два бойца, черный и белый, увлекли ее в рискованную игру, где она играла роль Екатерины Второй, а они жеребцов Преображенского полка. Она так заигралась, что чуть не трахнула актеров стрип-сцены, и ее увели под бурю оваций.

Под утро Сергеев повез СБ домой, но она спутала все карты, стала в машине намекать, что она не против поехать к нему. Он удивился, но повез ее к товарищу на дачу, где шел ремонт.

Группа голодных граждан Центральной Азии ей очень обрадовалась и обещала Сергееву, что ее не обидят.

Сергеев уехал домой, оставив СБ на даче друга.

В понедельник она первый раз не вышла на работу, в двенадцать позвонил Сергееву бригадир с дачи и сказал, что мадам не приедет, ей понравилось с ними и им тоже.

В офисе стало спокойно, друг с дачи передал, что Екатерина, так назвала себя СБ, живет с бригадой душа в душу, ремонт пошел семимильными шагами, работяги поют гимн и лучшие за день спят с ней и считают за счастье.

Всем стало хорошо.

Грешить – дело заразительное, когда все вокруг только и рассказывают, как у всех все путем: жена, любовница, баня по четвергам с фантазиями и ролевыми играми, – ты чувствуешь себя типа дураком.

Тебя вроде дома все устраивает, хошь так, хошь эдак – кто откажет кормильцу и отцу детей?

Да и не до фантазий: наебешься на работе с дебилами – сам не захочешь, а тут у людей такая бурная жизнь, вроде все свои, в бане со всеми был, никто не удивил ни размером, ни обхватом, а за столом отчитываются за дела свои жеребячьи – так каждый Казанова и Джонни Депп.