И тут мы услышали громкий автомобильный гудок, донесшийся со стороны дороги, словно кто-то нажал на него и не отнимал руки.

– Какого лешего он там делает? – удивленно пробормотала Людмила.

А через короткое время я услышала голос, громко орущий на весь лес, голос, от которого у меня мурашки побежали по позвоночнику:

– Агния!!! Агния, где ты, черт подери?!!

Прежде чем Люда успела сделать ко мне хоть шаг, я завопила на пределе своих легких:

– Олег!!! Сюда!!! СЮДА!!!

Шилов выскочил из кустов с монтировкой наперевес. Его лицо было разбито, пальто порвано и испачкано чем-то темным – то ли смазкой, то ли кровью. При виде меня он бросил монтировку и сорвал с себя пальто и шарф, одновременно пытаясь развязать руки.

– Осторожно! – предупредила я, чувствуя, как меня уже начинает колотить – и от холода, но больше от нервного напряжения. – Там Демченков…

– О нем можешь не волноваться! – ответил Шилов, помогая мне облачиться в его верхнюю одежду и заматывая свой шарф вокруг моей шеи. – А где эта сучка?

Я оглянулась в поисках Людмилы, но не обнаружила ее: судя по всему, девушка решила ретироваться, сообразив, что дело решается не в их с Леонидом пользу.

– Я думала, что пропала! – пробормотала я, прижимаясь к Олегу всем телом. – Как ты здесь оказался?

– Я шел к парковке, когда увидел там тебя с мужчиной и женщиной. С такого расстояния было невозможно разглядеть, кто они, но потом ты закричала, а они затолкали тебя в машину. Я видел, что все происходит не по твоей воле, но не успел добежать: они уже уехали.

– И ты поехал следом?

– А что мне оставалось?

Я не стала говорить, что имелась целая куча вариантов, в которые не входил план по моему спасению, но промолчала, чувствуя себя невероятно уютно и комфортно в объятиях Олега.

– Рад, что с вами все в порядке в конце концов! – сказал Родин, как только увидел меня. – Признаюсь, гораздо приятнее общаться с вами в роли бывшего ученика вашей мамы, нежели в роли злого следователя.

– А уж мне как приятно! – усмехнулась я, провожая его в гостиную.

Охлопкова дала мне несколько выходных после всего, что случилось, считая, что у меня, возможно, душевная травма и мне требуется время, чтобы прийти в себя. На самом деле я ничего такого не чувствовала, хоть и сама себе удивлялась. Казалось бы, я должна была ощущать тревогу, упадок сил и так далее, но все оказалось не так. Честно говоря, я с большим удовольствием вернулась бы к обычной работе в операционной, а не торчала дома, выдумывая себе занятия.

– Ну, как вы – в порядке? – поинтересовался Родин, присаживаясь на диван и изучая мой внешний вид. – Выглядите хорошо.

– Спасибо. Есть новости?

– Ну, во-первых, Григорий Савельев пришел в себя в больнице. Во-вторых, ваш приятель Шилов рассказал мне всю историю – о вашем расследовании, о протезах – в общем, обо всем, из-за чего сыр-бор поднялся. Роберт исчез – если верить Людмиле, которую мы задержали, его уже нет в стране. Его жена говорит, что ничего не знает, но, думаю, лжет. Тем не менее у нас нет никакой возможности на нее воздействовать, так что – сами понимаете… В свете этого Демченков занял очень удобную позицию: он утверждает, что схему с протезами придумал именно Караев, а он, дескать, просто жертва обстоятельств.

– И вы ему верите? – возмутилась я.

– Разумеется, нет, – поспешил успокоить меня Родин. – Они ведь с Людмилой ни больше ни меньше собирались убить вас! Слава богу, что у них не хватило духу поступить, как настоящие убийцы, и просто пристрелить вас, например, и утопить в озере. Да еще счастье, что Олег Шилов оказался достаточно сообразительным, чтобы поехать за вами, хотя, по-хорошему, ему следовало бы вызвать наряд милиции для страховки. Откуда он знал, что по прибытии на место не угодит в лапы, скажем, вооруженной банды? В общем, надо сказать, вам обоим здорово повезло!

– Да уж, – усмехнулась я. – А я какого дурака сваляла – своими руками помогла Людмиле вынести из больницы остатки протезов!

– Откуда вам было знать? – снисходительно пожал плечами Родин. – И бывалые ошибаются, а вы у нас, так сказать, начинающий следачок! В общем, Демченков пока не колется, но зато подельница его поет, как майский соловей, так что показания Демченкова нам не так уж и нужны – особенно в свете того, что ваш приятель Гоша теперь в порядке и тоже бросил свою горсть земли на могилу генерального директора «Новой жизни». Думаю, именно Демченков и нанял кого-то «разобраться» с Гошей, потому что у Роберта, как показывает практика, просто не хватило бы духу ни на что подобное: он мелкий мошенник, но уж никак не убийца! Между прочим, со слов Людмилы, именно Роберту вы, Агния, похоже, обязаны жизнью.