Шрифт:
Сильвиетта коснулась губами его шеи.
– Не бойся, любимый. Я с тобой. Мы возьмемся за руки. Вот увидишь, это будет чудесно.
Раздался долгий пронзительный крик незнакомой птицы.
Сильвиетта подняла голову.
– Ты слышал? Похоже на попугая.
– Попугая, говоришь?
Она шепнула ему на ухо:
– Я люблю тебя.
Мердер ответил поцелуем.
40
Формирование охотничьих команд
Облачение в охотничьи костюмы и выдача оружия
После речи Кьятти приглашенные толпой повалили от фуршетных столиков к зоне подготовки к охоте. В воздухе витало возбуждение и пары алкоголя. Спирт в желудке и наркотики в голове сделали всех веселыми и жизнерадостными. Как и обещал король недвижимости, их ждали палатки для переодевания. В углу расположился арсенал. На козлах стояли десятки ружей. Сотрудницы записывали желающих участвовать в различных сафари и давали подписать заявление о снятии ответственности. За травмы или последствия неудачных выстрелов Саса Кьятти не отвечает.
Фабрицио Чиба бродил по лагерю, размышляя о том, что сказал Бокки. Старый греховодник не так уж и не прав. Порноролик в конечном счете может послужить отличной рекламой, и, возможно, его книги снова начнут хорошо расходиться. Не говоря о том, что он может стать секс-идолом, а это никому не помешает.
В этот момент управляющий директор “Мартинелли” вместе с Маттео Сапорелли и критиком Тремальи вышли из палатки, переодетые в колониальную форму. Брюки до колен, рубашка цвета хаки и пробковый шлем следопыта. В руках они сжимали ружья с толстыми стволами и глядели на них, как на инопланетные артефакты.
“Охота на льва исключается”.
Симона Сомаини вышла из другой палатки, готовая к лисьей охоте. Узкие брюки облегали ее ноги и зад как вторая кожа, красная жакетка была расстегнута ровно настолько, чтобы демонстрировать рвущийся на волю бюст. Следом за ней шел мордоворот с бородкой и хвостом на затылке, одетый в военный камуфляж, с помповым ружьем под мышкой.
Фабрицио уже где-то видел эту физиономию. Кажется, какой-то спортсмен.
Писатель сделал пару шагов и столкнулся с Ларитой. Ему захотелось обнять ее, но он удержался.
Певица, судя по всему, тоже была рада его видеть.
– Я тебя везде искала. Куда ты пропал?
Чиба сделал то, что получалось у него естественнее всего – соврал.
– Я искал тебя. Слушай, как же нам быть? Не говори мне, что хочешь участвовать в этом фарсе.
– Я? Ты с ума сошел? Я против истязаний животных.
– Правильно! – Чиба воспрянул духом. – Давай тогда сбежим.
Она изумленно поглядела на него.
– Я не могу уйти, мне надо выступать… Меня сюда для этого позвали.
Фабрицио попытался скрыть разочарование.
– Ты права. Я об этом не подумал… – Он не закончил фразу, потому что перед ним возник, вздыбившись, белый липизанский жеребец. Верхом на скакуне восседал Саса Кьятти, пытавшийся, натянув поводья, удержать на месте коня, бросающегося то в одну, то в другую сторону.
– Что вы здесь делаете? Почему еще не переоделись? У меня слон полупустой уходит.
Ларита жестом показала, что отказывается.
– Я против охоты. Никогда в жизни не выстрелю в тигра.
Король недвижимости наклонился к гладкой шее скакуна, чтобы его не услышали другие гости:
– Да кто тут стреляет? Все понарошку. К тому же у тигра рак толстой кишки. Ему жить осталось самое большее месяц. Вы ему только одолжение сделаете. Воспринимайте это как прогулку. Когда еще вам представится такая возможность? Ну же… – Кьятти повернулся назад и свистнул, как заправский овчар.
В итальянском садике раздался трубный глас. С ветвей каменных дубов снялись, захлопав крыльями, попугаи и вороны. Из-за деревьев, стреляя вокруг себя лучами ослепительного света, показался слон. Его раскрасили в оранжевый и лазурный цвета и надели на него попону, расшитую тысячами зеркальных бляшек. Длинным хоботом он срывал ветки с деревьев и отправлял их себе в рот. На спину ему пристегнули корзину из ивовых прутьев. В ней сидел старичок в очках, шинели из зеленого сукна и старомодной фетровой шляпе. В руках он сжимал ружье. Рядом с ним – подросток с падающей на глаза темной челкой. Они держались за борта корзины, на каждом шаге слона взмывающей вверх как на гребне волны. Сидевший на холке слона маленький филиппинец в набедренной повязке и тюрбане правил животным, стегая его прутом.
– Вот ваш слон. – Кьятти дал знак рукой, и филиппинец остановил толстокожего гиганта, после чего Кьятти обратился к человеку в корзине: – Доктор Чинелли, прошу вас, спустите лестницу. Тут еще два пассажира.
Старик водил ружьем в сторону леса, высматривая тигра.
– Дедушка! Дедушка! Ты слышал? Тот синьор сказал спустить лестницу. Уф, ладно, проехали. – Паренек наклонился, взял веревочную лестницу и скинул ее вниз: – Извините, он глуховат.
Ларита в нерешительности посмотрела на Фабрицио: