— Наверняка, мистер Тайтус. Видите, мисс, он такой же, каким был его отец.

Сара огляделась в уютной, светлой комнате. «Для конюха обстановка очень хорошая», — подумала она.

Миссис Соумс — маленькая женщина с внимательными, как и у ее мужа, глазами, — заметила взгляд Сары.

— Вам нравится у нас, мисс? Я стараюсь поддерживать порядок и чистоту. Конечно, помещение вам покажется тесным после того большого дома

— У вас есть действительно красивые вещи, миссис Соумс,

— Мой муж получил по завещанию от его милости небольшую сумму, которую мы и вложили в наш дом.

— От старого лорда Маллоу, — специально подчеркнул Соумс.

— Рада за вас, — пробормотала Сара.

«Однако подкуп доходнее усердной службы, — подумала она. — Именно на эти деньги приобретены ковер и полированная мебель».

— Пойдем, Тайтус, — сказала девушка. — Нам нужно домой. Ты можешь идти самостоятельно или взять тебя на руки?

— Он может сесть мне на закорки, — предложил Соумс. — Мне не впервой таскать таким образом наследника усадьбы Маллоу. Так сказать.

— Почему «так сказать?» — спросила Сара прямо.

— Просто присказка, мисс. Ничего не значит. Парнишка точная копия отца. Мне показалось, что время повернуло вспять.

Тайтус, очевидно, полностью оправился от падения, поужинал, как обычно, и даже немного повозился с леди Мальвиной. Но вот, узнав о происшествии, в детскую влетела Амалия. Выхватив ребенка у леди Мальвины, она воскликнула:

— Вы уверены, что он не сильно ушибся? Тайтус, дорогой, скажи маме, как ты себя чувствуешь? Ты очень испугался?

Тайтус сразу же расплакался. Подобрав юбки, леди Мальвина направилась, переваливаясь, к двери.

— Что за дурацкая выходка, Амалия! У нас с мисс Милдмей мальчик был абсолютно спокойным и веселым, а вы его до смерти напугали.

— Вы и мисс Милдмей! Конечно, вы самые умные и вам все известно! Особенно мисс Милдмей! Тогда почему она допустила, чтобы такое произошло с Тайтусом?

Выпад Амалии тем более удивил, что для него не было никакой видимой причины. Сара не сказала ни слова, и даже упрек леди Мальвины был достаточно добродушным. Но визгливый голос Амалии нагнал на мальчика еще больше страху, и он заплакал сильнее. И Амалия решила, что он в самом деле серьезно ушибся.

— Не плачь, мой барашек. Ты должен немедленно лечь в кровать. И почему только тебя сразу не уложили в постель, такого больного? Мисс Милдмей, я предполагала, у вас больше здравого смысла. Но, возможно, сегодня здравый смысл не входит в вашу программу.

— Я не понимаю, что вы имеете в виду, леди Маллоу. Уверяю вас, Тайтус вовсе не ушибся. Соумс скажет вам то же самое. Мальчика с тех пор никто не тормошил, и он хорошо поужинал. Элиза уже собиралась уложить его спать.

— Значит, вы все решили сами! — Лицо Амалии густо покраснело, глаза сверкали. — Не послали за доктором и ничего не сообщили мне. Он чей сын, спрашиваю я вас?

Сара с трудом сдержала поднимавшееся в ней раздражение и заставила себя говорить спокойно.

— Быть может, мы обсудим этот вопрос после того, как Тайтус уснет, леди Маллоу.

Амалия вскочила с плачущим мальчиком на руках.

— Я сама положу его в кровать. Элиза! Где Элиза? В постели есть грелки? Сейчас же принеси. И пошлите кого-нибудь за доктором. Я не успокоюсь, пока доктор не осмотрит его. Мама, вы можете послать Соумса или еще кого-нибудь?

— Ну и ну, мне кажется, вы совсем спятили! — воскликнула леди Мальвина. — Расшумелись по пустякам. Мой сын падал много раз. Вставал и снова садился на лошадь. Вы хотите превратить его в неженку, в девчонку?

Леди Мальвина повернулась и вышла. Тайтус, уже сильно возбужденный, продолжал всхлипывать, но Сара уже ничем не могла ему помочь. Она ушла к себе, ожидая неизбежного вызова Амалии.

Долго ждать не пришлось. Раздался резкий стук в дверь, и в комнату вошла Амалия. Щеки у нее горели, глаза лихорадочно блестели.

— Мисс Милдмей, мне нужно с вами поговорить.

— Слушаю вас, леди Маллоу.

— Я хочу знать, при каких обстоятельствах Тайтус упал с лошади и почему вы отнеслись к происшествию с таким безразличием?