– Вот, спросите у летчика…

– Ты платил за полет, – безразлично сказал охранник. – Нас это не касается. Нам башляяешь за то, что ты взошел на платформу.

– Но у меня нет денег, – заволновался ученый. – Откуда? Мне никто не сказал.

Он обернулся к летчику.

– Давайте я полечу обратно.

Пилот лишь покачал головой.

– Обратный билет в десять раз дороже.

– Это еще почему?

– Поживете в Зоне – узнаете.

Охранник флегматично спросил.

– Так будем платить, очкарик?

Ученый забормотал.

– У меня нет… Никто же мне не сказал…

– Ну, как знаешь.

Его подхватили под руки, и поволокли куда-то.

– Что с ним будет? – спросил я.

– Сбросят, – ответил Питбуль. – Высота здесь, наверное, этажей сто. Хошь посмотреть? Прикольно.

Охранники подтащили ученого к краю посадочной площадки. Тот кричал, дрыгал ногами, пытался вырваться.

– Ему еще повезло, – заметил негр. – Многие, кто в Зону попал, – сильно жалеют, что сразу их не убили.

– Отпустите его, – велел я. – Сколько он вам должен? Я заплачу.

– Щедр ты, брат, – пробормотал Питбуль. – Чужими деньгами.

Я вынул бумажник.

Ученый дрожал, – бился мелкими судорогами. Зубы его стучали, он пытался бормотать слова благодарности, – но не мог.

– Дурак ты, – хмыкнул охранник, приняв у меня деньги. – Всех не спасешь, за всех не заступишься. Такие, как ты, здесь первыми подыхают.

Профессор подхватил чемоданчик, и мышью ринулся прочь.

Питбуль едва мог скрыть улыбку.

– Че ржешь? – спросил я. – Я чего-то не понял?

– Да есть у него деньги, – ответил негр. – Знаю я этого прощелыгу. Он туда-сюда раз в неделю летает. Торгует ценными артефактами. У сталкеров берет за бесценок, а потом на Большой Земле втридорога продает.

Питбуль поднял руки.

– Ты не подумай. Тех, кто не платит, здесь и правда скидывают с платформы. На моей памяти человек пять так погибло. Один…

Питбуль наклонился через ограждение.

– Вон об ту опору размазался. Крови было, как кетчупа на сосиске. Я тебе потом фотки покажу. Но этот очкарик, – совсем другая история. Бабок у него больше, чем у нас с тобой.

– Тогда какого черта? – спросил я.

Питбуль хлопнул меня по плечу.

– Он эту сцену каждый раз и разыгрывает. Охранники, конечно же, в курсе. Почти всегда находится дурачок, что за него заплатит.

– Поэтому ты хотел, чтобы мы шли последними?

– В том числе.

– Сволочь ты, Питбуль, – заметил я.

– В этом секрет моего очарования.

«Аномальная Зона – посмотри Ей в глаза»

Яркая вывеска переливалась над аркой алым огнем.

– Что это? – спросил я.

Питбуль недобро сощурился.

– Телескоп. Выходит на Аномалию. Отсюда ты можешь увидеть Зону на много миль вокруг. Волшебное зрелище, должен тебе сказать…

Трое солдат, в форме спецназа, шагнули под арку.

– Говорят, – сказал Питбуль. – Если сквозь этот телескоп ты увидишь, как умирает сталкер, – а это часто бывает, места вокруг Башни очень опасные… Зона пощадит тебя в этот раз. Ты словно отдашь свою смерть ему.

Голос его стал глухим.

– Я видел… Парень шел по тропе, совсем в двух шагах от башни. Как сейчас помню его лицо. Счастливый такой… Нес что-то в рюкзаке, думал, разбогатеет.

– И что случилось?

– Сам толком не разобрал… Камни под его ногами вдруг разошлись, и руки потянулись оттуда. Черные, с длинными такими шипами… Как же он кричал. Я, конечно, не слышал ничего, – далеко ведь, но могу поклясться, его крик до сих пор стоит у меня в ушах. А потом мы сами шли по той же тропе, и проводник говорил, что там полностью безопасно.

Питбуль медленно перекрестился.

– И знаешь что? В тот поход нам всем тяжело пришлось. Много раз я так вот…

Он показал пальцами.

– …был близок к смерти. По всему, должен был сдохнуть. Но мне везло. Раз за разом. Там, где любая удача давно должна была кончиться, – люди дохли вокруг, а я уходил живой. Никогда не забуду этого. Может, тот парень и правда умер вместо меня.

Мы стояли около арки.

– Хочешь зайти? – спросил я.

– Нет уж, – ответит Питбуль. – Этот крик я больше не хочу слышать.

Справа поднималась витрина, – там переливались шприцы и ампулы. Чуть дальше продавали оружие; от простых русских автоматов, до самых сложных стволов и бомб, усиленных артефактами.