Шрифт:
– Нет… Не бывают… Нет… Нет… Невозможно…
Президент терпеливо переждал водопад одинаковых, по сути, ответов и продолжил:
– Ошибаетесь, господа. Николай Данилович, доложите.
Только и ждавший сигнала министр обороны вскочил со своего места и, одернув костюм, начал:
– Представьте себе, господа…
Президент, как обычно, сделал два пробных взмаха клюшкой, чтобы приноровиться к мячу, прежде чем направить его по месту назначения. Попереминавшись с ноги на ногу, он поднял клюшку, помахал ей над мячом и опустил на газон за ним. Потом поднял клюшку и медленно, очень медленно опустил ее снова, чуть-чуть не касаясь мяча. Поднял ее, опустил, еще раз поднял и опустил уже в третий раз.
– Боже, Джо! – простонал Джеральд Рейндольс, приближенный советник, страдальчески кривя лицо. – Он же сейчас от тебя убежит!
– Отстань, Джерри, не болтай под руку…
Проделав обязательный ритуал, президент с минуту оставался неподвижным и погруженным в себя, будто индийский факир, созерцающий собственный пупок. Затем вновь поднял клюшку и снова опустил ее в прежнее положение позади мяча.
– Ну!..
Игрок медленно отвел клюшку назад и мощным ударом запустил мяч на сотню с лишним ярдов [31] по прямой.
31
1 Ярд – мера длины, принятая в США. Ярд равен 3 футам, или 36 дюймам, или 91,44 см.
– Слава тебе, Господи! – пробормотал советник, молитвенно заводя глаза. – Свершилось…
Увы, мяч лег довольно далеко от лунки…
– Накаркал под руку… – недовольно пробормотал президент, вскидывая сумку с клюшками на плечо и шагая к мячу.
Партия складывалась неудачно с самого начала. Пара улетевших неизвестно куда мячей, один, застрявший посреди прудика – пресловутой «водной преграды», теперь этот вот ляп… Президент отвратительно играл в гольф, но учитывая его бычье упрямство, можно было надеяться на повышение показателей к концу срока.
Мужчины, облаченные в белые костюмы для гольфа, остановились над круглым предателем, мирно белевшим в тщательно подстриженной траве газона. Попасть отсюда точно в лунку не стоило и надеяться: даже мастер вряд ли справился бы с такой задачей.
– Может быть, сжульничать?.. – с надеждой спросил президент, опускаясь рядом с мячом на корточки и пригибая лицо чуть ли не к самой земле.
– Как можно, Джо! При таком-то количестве свидетелей? – патетически воскликнул Рейнольдс, обводя взглядом совершенно пустынное поле. – Да уже завтра об этом раструбят по всему свету!
Глава мощнейшей на Земле державы тяжело вздохнул и встал, отряхивая от травы коленки.
– Хотя ты же практически всемогущ, Джо. Можешь издать декрет, разрешающий президенту США… Допустим, три раза подряд жульничать при игре в гольф!
– А госсекретарю – два…
– А федеральному прокурору – один…
– Не получится… – снова вздохнул президент. – Все они тут же потребуют равных прав. А госсекретарь – даже преимущества… Она ведь баба…
– Тс-с!!! – советник прижал палец к губам и в шутливом ужасе оглянулся по сторонам. – Ты что – с ума сошел? Феминистки тебя растерзают!
– Прекрати паясничать. Чертовы островитяне – не могли изобрести свой чертов футбол на сто лет раньше! Не пришлось бы тогда учиться этим проклятым гольфу с бейсболом…
– Джо! Ты серьезно нарываешься на импичмент! Президент США, так грубо отзывающийся о двух национальных играх Америки…
– Как же обучиться этой проклятой «национальной игре»?
– Странный ты человек. Непонятно, чего хочешь… Знаешь, как русские говорят? Залезть на елку и собственную задницу не оцарапать.
Президент думал минуты две.
– Слушай, Джерри! А они что – на деревья задницей вперед лазят? Как это?..
– Откуда я знаю! – развел руками Рейнольдс. – Я же не этот… Лингвист. Как-то лазят… Русские, одним словом.
– Занятный народ… Кстати, о русских: кто-то, помнится, обещал мне скорый крах России. Ведь почти год прошел после падения цен на нефть, а эта громадина все стоит.
– Может быть, потому и стоит, что громадина? Большая инерция и все такое… Зато когда грохнется, вся земля вздрогнет.
– Как бы нас не растрясло заодно… ОПЕК-то удается сдерживать из последних сил. За что я плачу такие деньжищи тебе и твоим людям?
– Ну, допустим, не такие уж и деньжищи…
– Что, пособие по безработице тебе нравится больше?
Рейнольдс промолчал, вызывающе-пренебрежительно глядя в другую сторону.
– О трудном положении в России не говорит и не пишет только ленивый. Особенно после демонстративного ухода с пресс-конференции их президента после неудобного вопроса. Они, кстати, ничем не объяснили причины срыва мероприятия.