Тревис вздохнул, заново переживая эту ситуацию. При нем два патрона — для него и его раненого товарища, и больше никаких вариантов. Но Юргенсон решил сблефовать, он подошел к окну и крикнул:

— Эй, приезжий, у нас тут тупик, полная ничья! Может, обсудим это?

— Иди в задницу со своим тупиком, — ответил ему Джастин. — Я тебя все равно достану, если не через минуту, то через полчаса.

— Рядом с дорогой тебе торчать не слишком удобно, здесь и полиция ездит, а на тебя небось уже портреты устали печатать. Сколько сельский коп получит за всю вашу шоблу?

На столь проницательную дерзость Джастин ответил не сразу.

— Что ты мне можешь предложить?

— Не хочу орать при всех, — уже тише сказал Юргенсон. — Подойди вниз, а твои ребята пусть держат окно на прицеле.

Так они и расположились, не доверяя друг другу, и Юргенсон сказал:

— Я хочу предложить тебе работать на меня, парень.

— Ты опоздал, я уже работаю на Большого Пита, — ответил Джастин.

— Пока ты проездной, цена твоей работе — грош. Сколько он даст тебе за меня, пару сотен?

— А сколько бы ты дал?

— Тебе — две сотни в неделю, твоим людям — по сотне.

— А тебе по карману такие траты?

— Ну а как ты думаешь, если я с Питом тягаюсь?

Они тогда договорились и впервые познакомились, а до этого Тревис даже не знал, что этого проезжего зовут Джастин.

Потом они стали работать вместе, но недолго — у Джастина завязались собственные дела и он начал работать на себя, однако ни в какие враждебные Юргенсону группы больше не вступал, хотя еще долго нанимался для участия в перестрелках.

Затем начался период, когда Юргенсон финансово окреп, и года два Джастин снова работал у него на постоянной основе. Когда же Юргенсон окончательно перебрался в Аль-Империал, видеться они перестали, и вот теперь он ехал к Джастину в гости, поскольку все еще доверял ему и заранее выслал группу «квартирьеров», чтобы они гарнизоном усилили ферму старого знакомого.

Увлекшись воспоминаниями, Юргенсон сам не заметил, как уснул прямо с очками на лице и очнулся лишь с рассветом, когда фургон остановился.

— Что там? — спросил по рации Свенсон.

— Похоже, полиция, — ответил ему Каррот, выбираясь из машины. Затем наклонился к окну и сказал, обращаясь к помощнику:

— Входи в базу…

— Уже вхожу.

Каррот распрямился и неспешно направился к преграждавшим дорогу полицейским. Их было двое, один держал в руке пистолет, другой дробовик. Позади них стоял патрульный автомобиль с погашенной мигалкой.

— Ну? Ты видишь? — уголком рта произнес Каррот.

— В базу вошел, но пока вижу лишь номер первого — больше ничего…

— Хорошо, подхожу ближе, — произнес Каррот, неспешно отмеряя расстояние до полицейских, которые стояли набычившись, готовые к любой неожиданности.

— Доброе утро, офицеры, — произнес Каррот, останавливаясь в нескольких шагах от них.

— И тебе не хворать, — сказал тот, у которого был автоматический дробовик.

— Почему вы нас остановили? Мы что-нибудь нарушили?

— Повернись на несколько градусов влево, я не могу прочитать фамилию! — потребовал Скип, и Каррот тотчас сместился, как тот просил, и улыбнулся первому молчавшему полицейскому.

— Ты чего лыбишься? Ты что, отказываешься подчиняться полиции? — спросил тот.

— Я целиком за сотрудничество с полицией. Но я не понял, откуда вы? Из города?

— Из какого тебе города? Полиция округа Гриверс, вон на машине написано!

— Извините, просто она так стоит, что надпись плохо читается.

— Нормально она читается!

— Каррот, я прочитал — «капрал Джей Ролдинсон»! — пропищал в скрытом наушнике Скип. — Свети второго!

Каррот стал «светить», сместившись влево, чтобы первый полицейский не загораживал второго.

— Господа, так вам нужна информация или вы машины досматривать будете?

— Нам нужно и то, и другое, — произнес капрал. — Кто такие и куда направляетесь?

— Мы охранники мистера Роберта Брема, владельца химического предприятия «Хольстен». Едем за ним в охотничье хозяйство мистера Сырника.

— А кто сидит в лимузине?

— В лимузине его главный бухгалтер. Наш хозяин никогда не забывает про дела.

— Хорошо, приятель. Мы тебе верим, но должны проверить, кто находится в колонне на самом деле!