Пулеметчик продолжал их удерживать. Эля, видно, не могла пока колдонуть вовсю, а Кириешко не удавалось прицеливаться как следует. Им бы гранатомет, хоть самый плохонький!

Пулемет замолк сам – кончились патроны.

Кириешко с Менесом выскочили из укрытий с оружием наготове, но пулеметчика и след простыл.

Эля уселась неподвижно, лишь гримаса боли и напряжения выдавала, как ей трудно. Потом она с облегчением выматерилась, и Даня почувствовал, как исчезло давящее беспокойство.

– Защиты больше нет, накрылась их магическая сеть!! Давайте вперед!! – выкрикнула шаманка.

И тут из-за караульной будки вывалились двое в форменных хламидах боевых магов, чьи красные носы и заплывшие глаза свидетельствовали, что последнее время они посвящали отнюдь не совершенствованию мастерства в своем деле.

С ладоней Эйяно сорвался сияющий шар и полетел к магам-вертухаям. Видимо, как бы пьяны они ни были, но в своем деле разбирались неплохо – рванулись в разные стороны, поставив какую-то защиту. Впрочем, это их не спасло. Взрыв разметал сторожку, и если чародеи и уцелели, то в бою уже участия принять ну никак не могли.

Упуат, ни слова не говоря, кинулся куда-то в проход, Кириешко с Менесом последовали за ним.

Эля, к ее чести, прекрасно поняла задачу.

– Прикрываем их! – выкрикнула она. – Ну, давай, Осирис, или кто ты там, готовься!

Даня изо всех сил попытался воззвать к той мощи, что будто бы была ему «доступна». (Как, интересно, он сможет ее передать девушке?) Естественно, у него ничего не получилось. Хотя… На один-единственный миг парню показалось, что в его голове щелкнуло нечто этакое. Но удержать это самое нечто Горовой не смог.

Тем временем Эля и без его помощи, похоже, пока неплохо справлялась. Она хлопала в ладоши, что-то гортанно выкрикивала, подпрыгивала в некой непонятной веселой пляске: в такт ее движениям падали сторожевые вышки по периметру лагеря, распахивались ворота бараков, откуда высовывались очумелые рожи заключенных, вспыхивали казармы стражи.

Минут пять, а может, и меньше, в бою время течет по-иному, они продвигались вот так вперед, пока им не встретилось первое препятствие.

Из-за очередного поворота выскочил страшенный субъект, ростом выше Даньки раза в два, в ручище которого было зажато что-то вроде длинного хлыста – только не из кожи или пластика, а из огня. По пути он придавил ножишей в стальном сапоге случайно подвернувшегося сторожевого крокодила, так что тот даже пискнуть не успел, и вступил в бой. Пахнуло серой и раскаленным металлом.

Жалобно загудел воздух, рассекаемый огненным бичом.

Даня едва успел уклониться, в очередной раз благословляя судьбу и неплохую физическую подготовку.

Лиловая струя светящейся плазмы в окружении мелких электрических разрядов, змеясь, пролетела перед самым его лицом и исчезла.

Великан вновь взмахнул рукой, заплясал в диком танце пылаюший бич. Потом огненная струя расщепилась, превратившись в семихвостую плетку. Миг – и один пучок огненный струй ринулся на Данилу, другой – на шаманку. Но Эля взмахнула руками – и неведомая сила отбила оба пучка.

Страшила зло и озадаченно взвыл.

Огненный бич в руке его вновь взмыл вверх, изогнулся и, вытянувшись, обвился вокруг тонкой фигурки Эйяно, замершей с воздетыми руками. Даня зажмурился, боясь увидеть, как распадется тело девушки, рассеченное жутким оружием, а заодно – как смертоносная нагайка обрушится на него самого.

В голове мелькали обрывки странных фраз вроде: «Бог Птах отверзает мои уста, и бог моего города ослабит пелены, пелены, которые на моих устах…» Или: «Я есмь лопасть весла, снаряженная там, где Ра перевозит Древних Богов, которая вздымает извержения Осириса из озера полыхающего пламени, и он не был сожжен…»

Что за муть?! О том ли сейчас следует думать? Плеть… демон… Эля…

Но текли секунды, а он все еще был жив.

Открыв глаза, парень, к величайшей своей радости, увидел, что Эйяно по-прежнему цела и невредима.

«Однако! Неужели действует?! Что там за бред я читал? Кажется, что-то из „Книги Мертвых“»?

Тем временем Эля, вцепившись в огненную плеть, сосредоточенно подтаскивала врага к себе. И каким-то образом ей это удавалось – бесплотные струи плазмы оказались не менее прочными, нежели самые крепкие ремни, а огромная слоноподобная туша, хотя и упиралась ножищами в землю изо всех сил, но приближалась к колдунье.

Наводящее ужас чудовище, судя по всему, очень боялось ближнего боя.

В конце концов он сдался первым. Бросив свою огненную плеть, гигант не хуже зайца кинулся прочь. Эвенкийка невозмутимо поймала рукоять колдовского оружия, летевшего ей в лицо, и хлестнула убегающего по спине. Плеть вспыхнула зеленым огнем, превратившись в девичьей ладони в жалкий огарок, а неудачливый боевой маг развалился аккурат пополам.

Девушка с отвращением отшвырнула пришедшее в негодность оружие.

– Вот мерзость! Ничем не брезгуют!