Шрифт:
– Как спасти тебя, Ли?
Лина охнула и полетела кувырком. Пребольно состыковалась коленками с деревянным полом. Слезы брызнули из глаз.
– Не могу! Я больше не могу!
Тинэль подошла, коротко и сильно ткнула ногой в бок.
– Вставай. Если ты не можешь, я тебя заставлю!
Лина застонала, с превеликим трудом отрывая голову от пола. Злобно окрысилась.
– Зачем? Зачем все? Сама же объясняла, что это иллюзия. Проваляюсь в обмороке несколько секунд! А потом?
– А потом... с пола в твоем говеном номере.., твоего ненастоящего мира.., поднимется не зареванная трусливая училка!!! Твою мать!!! С пола встанет Ли! Принцесса Династии! И если это будет нужно, знания и силу я смогу в тебя вбить! Веришь?
– ...
– Вколочу! Пинками и оплеухами. Уяснила?
– О, Господи!
– Вставай!
Нет, видела она в юности пару фильмов с неотразимым Брюсом Ли, и сериал про шаолиньских монахов. Сначала было немного интересно полюбоваться чудесами физической подготовки похлеще, чем у артистов балета или у цирковых ребятишек. Только быстро прискучило. Мода на боевые искусства Лину не затронула. Прошла стороной. Подружки поснимали со стен портреты Ван Дама, повесили горца и Киану Ривза. Ангелина же не путала Рембо с Терминатором, только в силу культуристических подвигов последнего. Каждый, кто качался в подвальчике маленького провинциального городка, помнит вырезанные из журналов фотографии юного Шварца. Монументальный был парнишка.
Ой! Тинэль исполнила обещание. Пнула. Безжалостно. Что с того, что все происходило лишь в сознании Лины? Боль была самой, что ни на есть настоящей.
– Ой.
– Вставай!
Она еще попыталась жалобно пищать и умолять о пощаде. Дохлый номер. Такие штучки на свирепую наставницу не действовали. Пришлось со стонами и слезами подниматься. Сначала на четвереньки. Тело отказывалось повиноваться. Потом, опираясь на одно колено выпрямиться. Расправить плечи. Ой! Только для того, чтобы вторым пинком ее послали обратно на пол?!
– Умираю.
– Ага.
Она рыдала. Долго. Уже понимая, прониклась поневоле, что вставать придется все равно. Что пытка растянется неизвестно на сколько лет. Тинэль не любила лгать. И тем более не собиралась обманывать СВОЮ девочку. Она, действительно, решила сделать из нее настоящую принцессу Династии.
– Твоя бабка была круче. Но вы из одного теста. Ты у меня еще будешь порхать как бабочка и жалить как пчела.
– Мухаммед Али.
– Что?
– Это сказал Мухаммед Али.
– Это сказала я. Ему. Как то раз.
– Вы знакомы?
– Моя маленькая слабость.
Невероятно! Тинэль выглядела почти смущенной.
– Коллекционирую великих воинов. И не только. Этот парень был весьма неплох. Во многих смыслах. Весьма. Хотя и занимался мурой.
– Чем?
– Ерундой.
Отчеканила Тинэль.
– Раунды. Ниже пояса не бить. Перчаточки. Тьфу. Кастрированное искусство убивать. Вот что такое хваленый человеческий бокс. Как превратить лицо в отбивную котлету? Очень просто. Долго и упорно бить по морде. Тьфу. Любой мой ученик отправит к праотцам самого именитого чемпиона. За минуту. Или за две.
Лина представила себя, стоящей напротив Майка Тайсона, нет, напротив Кости Цзю! Уложить такого мальчика? Каким образом?
– Не верю.
– Поясни.
– Не верю тебе. Не вижу в себе достаточно силы.
Тинэль нагнулась, ухватила девушку двумя пальцами за подбородок. Сказала грустно.
– Бедная малышка. Устала?
Ученица попалась на провокацию. Кивнула. В ответ ей отвесили нехилую звонкую оплеуху. И проорали оглушительно.
– Я вложу в тебя все, что смогу! Любым путем!
Лина хотела обидеться. Или заплакать. Но вместо этого извернулась и пнула мучительницу в голень. Откатилась в сторону, взлетела с пола. Приготовилась к страшной мести. Тинэль наклонилась помассировать ногу. Одобрительно проворчала.
– Молодец.
А потом заскользила навстречу, странными дергаными рывками, увернулась от безнадежной попытки контратаковать, и задала обнаглевшей ученице настоящую трепку. Со знанием дела и шуточками.
– Ну, как? Поняла в чем твоя ошибка?
Размазанная по полу, как манная каша по тарелке, Лина простонала.
– Нет.
– Ладно. Времени у нас вагон. Еще поймешь.
Она тренировала принцессу одиннадцать лет.
Георгина не плакала. Смотрела испуганно и кротко. Сжалась в кресле. Сгорбилась. Совсем утонула в мягких недрах. Сколько раз Даниил имел ее там? Любил сажать голенькую с распущенными волосами к себе на колени, и крепко стиснув в объятиях, двигать вверх, вниз. Добиваясь счастливых выдохов и дрожи. Она всегда сдавалась первая. Бедная малышка. Все же он полная свинья! Молчит чурбан чурбаном.
Собралась с силами, спросила тонким срывающимся голоском.
– Ты меня больше не любишь? Совсем? Почему?
Что прикажете отвечать? Стоял к ней спиной, грыз спичку, злился. Внизу во дворе дети играли в прятки. Бегали друг за другом, ссорились, кричали.
– Даниил. Любимый. Что случилось?
– Прости. Очень устал. Ничего не хочу.
– Я должна уйти?
– Да.
Она всхлипнула, поднялась. Такая стройная и красивая, с распахнутыми громадными глазами. Модные брючки. Новая прическа. Для него, паразита старалась.