Она снова и снова повторяла перечень этих средств, надеясь, что решение придет само, но ничего не происходило. Разве что подставить волосы под душ… но затащить все их в ванную было невозможно. Кроме того, ее не покидало ощущение, что бегущая вода, о которой упоминалось в старой книге, — это что-то вроде ручья или реки, но никак не вода из-под крана.

Таня обхватила голову руками.

— Ты ведь знал, что ножницы не сработают? — прошептала она; создание в водостоке, конечно, было еще здесь и слышало ее. — Ты обманул меня.

— Обманул, обманул! Обманул и надул!

— Я дам тебе еще брелоков… Да что там! Отдам весь браслет, если ты разрушишь заклинание!

— Заклинанье не мое, ох, нет! И не мне его разрушить, вот ответ.

Таня понимала, что это правда. Заклинание было слишком сложным, обитатель водостока ничего подобного прежде не делал, пусть и «украсил» это заклинание вшами и перхотью. Он удовлетворялся тем, что таскал у нее все блестящее.

Фэйри вынырнул из сливного отверстия, размахивая брелоком.

— Не волшебный он, все зря! — сварливо прохрипел он. — Ты, девчонка, обманула меня!

Таня пожала плечами. Несмотря на то что фэйри обманул ее, было бы неразумно открыто признавать, что и она солгала ему. А то еще рассердится и придумает для нее новое наказание.

— Может, магия не работает, когда брелоки разделены, — сказала она. — Может, могущество брелоков связано между собой: чтобы действовать, они должны быть вместе.

Обитатель водостока надулся.

— Обманула! Надула! — пробормотал он в последний раз и ушел на глубину, естественно вместе с брелоком.

Не зная, что еще предпринять, Таня покинула туалетную комнату, волоча за собой волосы. Села на постель. Да, Рэд — вот ее единственная надежда. Нужно каким-то образом добраться до нее… но в глубине души Таня понимала, что это совершенно невозможно. Это всего лишь вопрос времени — бабушка в конце концов откроет дверь, так или иначе. Даже думать не хотелось, что тогда произойдет.

Время завтрака неумолимо приближалось. Желудок Тани, казалось, выворачивало наизнанку. Скоро Флоренс позовет ее снова, и на этот раз она будет очень, очень сердита. Таня представила себе ее изогнутые в гневе тонкие губы… А когда они откроют дверь и увидят ее… такой, то, конечно, увезут отсюда, в этом она была уверена. Увезут туда, где люди в белых халатах будут без конца задавать ей вопросы, ставить на ней эксперименты… как они поступают с подменышами.

На лестнице затопали шаги. Таня сделала медленный, глубокий вдох. Кто-то постучал в дверь.

— Таня? Что за представление ты устроила? Флоренс хочет, чтобы ты сейчас же спустилась вниз, она на самом деле волнуется! И я тоже. Мой завтрак остывает!

— Фабиан? — прошептала Таня.

— Да. — В его голосе чувствовалось нетерпение. — Чем ты там занимаешься? Открой дверь.

— Не могу. И вниз спуститься не могу.

— Придется. Флоренс знает: что-то здесь не так. Говорит, если ты сейчас же не спустишься, она сама поднимется и откроет дверь отмычкой. — Фабиан понизил голос. — Это имеет какое-то отношение к нынешней ночи? Уорик не говорит ничего; думаю, нам все сошло с рук.

— Нет… дело не в этом. — Таня встала с постели и поплелась к двери. — Не могу объяснить. Иди лучше вниз.

— Расскажи! Может, я сумею помочь.

— Не сумеешь, поверь мне.

— Я никуда не уйду, пока ты не откроешь дверь и я своими глазами не увижу, что с тобой все в порядке.

— Нет!

— Отлично.

За дверью послышалась возня.

— Надеюсь, ты одета, — сказал Фабиан. — Если нет, лучше вернись в постель!

— Что? Фабиан…

Послышался характерный щелчок отмычки, Танин ключ упал на пол.

— Фабиан, как ты мог! — закричала она и навалилась на дверь. Замок щелкнул. — Как ты посмел? Я… я расскажу Уорику, что ты берешь его отмычку, чтобы рыскать по всему дому!

— Это не его отмычка, а моя. — Дверная ручка начала поворачиваться. — Я нашел ее в одной из старых комнат для слуг.

Фабиан начал толкать дверь. Таня сопротивлялась изо всех сил, хотя и понимала, что надолго ее не хватит. Волосы на полу мертвой хваткой вцепились в голые ноги.