— Я одобряю ваш выбор, молодой человек, но что вы собираетесь делать?

— Не знаю, сэр, — беспомощно сказал Флетчер. — Честно говоря, я даже не знаю, как её зовут.

— Диана Колтер.

— Откуда вы знаете? — изумился Флетчер; может быть, сенаторы вообще знают всё на свете?

— Изучение материала, мой мальчик. Вас этому в Хочкисе ещё не учили? — Флетчер удивлённо посмотрел на сенатора. — Всё, что вам нужной вы можете найти на одиннадцатой странице программы, — добавил сенатор, передавая Флетчеру открытую брошюру. На одиннадцатой странице были перечислены капитаны групп поддержки каждой команды.

— Диана Колтер, — повторил Флетчер, глядя на фотографию.

Она была на год моложе Флетчера — в тринадцать лет женщины ещё не боятся назвать свой возраст, — и она ещё играла на скрипке в школьном оркестре. Как жаль, что он не послушался матери и не стал учиться играть на рояле!

С трудом выигрывая ярд за ярдом, команда Тафта наконец пересекла черту и стала лидировать. Диана Колтер, как ей было положено по должности, стала энергично поощрять болельщиков.

— Да, крепко тебя прихватило. Придётся мне вас познакомить, — сказал Том.

— Ты действительно её знаешь?

— Конечно, — ответил Том. — Мы ходили на одни и те же вечеринки с двухлетнего возраста.

— Интересно, есть ли у неё ухажёр, — сказал Нат.

— Откуда мне знать? Приезжай и проведи с нами хотя бы неделю на каникулах, а остальное — моё дело.

— Ты правда это сделаешь?

— Это тебе будет кое-чего стоить.

— Что ты имеешь в виду?

— Постарайся сделать все каникулярные задания, прежде чем к нам явиться, — тогда мне не придётся дважды проверять все факты.

— Идёт! — сказал Нат.

Свисток возвестил начало третьей четверти, и после серии блестящих пассов команда Хочкиса приблизилась к штрафной площадке и снова стала лидировать — и так продолжалось до конца четверти.

— Эй, Тафт, эй, Тафт, ты вернулся в свой ландшафт, — фальшиво пропел сенатор, когда команды взяли тайм-аут.

— Ещё одна четверть впереди, — напомнил Флетчер сенатору, когда тот передавал ему бинокль.

— Вы, наконец, решили, за какую команду вы болеете, молодой человек, или вы всё ещё увлечены тафтовской Матой Хари. [9]

Флетчер выглядел озадаченным: как только он вернётся в школу, он должен выяснить, кто такая эта Мата Хари.

— Она, наверно, местная, — продолжал сенатор. — Если так, то моему штату потребуется не больше двух минут, чтобы выяснить всё, что вы о ней хотите знать.

— Даже её адрес и номер телефона? — спросил Флетчер.

— Даже есть ли у неё кавалер, — ответил сенатор.

— Не злоупотребляете ли вы своим служебным положением? — спросил Флетчер.

— Чёрт возьми, конечно! — ответил сенатор Гейтс. — Но любой политик это сделает, чтобы обеспечить себе два лишних голоса на будущих выборах.

— Но это не поможет мне встретиться с ней, если я останусь в Фармингтоне.

— Эту проблему можно решить, если вы приедете к нам и проведете у нас несколько дней после Рождества, а затем я устрою для неё и её родителей приглашение на какое-нибудь мероприятие в Капитолий.

— И вы для меня это сделаете?

— Конечно, но со временем вам придётся кое-что узнать о том, что рука руку моет. Если вы собираетесь иметь дело с политическими деятелями.

— Что вы имеете в виду? — спросил Флетчер. — Я сделаю всё что угодно.

— Никогда этого не говорите, мой мальчик, потому что тогда вы заранее ослабляете свои возможности получить выгоду от сделки. Однако за такую услугу я потребую от вас только одного — сделать всё возможное, чтобы Джимми не остался в самом низу списка учеников своего класса. Тогда вы выполните свою долю сделки.

— Будет сделано, сенатор, — сказал Флетчер, и они пожали друг другу руки.

— Рад это слышать, — сказал сенатор, — потому что Джимми, кажется, готов повсюду следовать за вами как за лидером.

Впервые в жизни Флетчеру намекнули, что он может быть лидером. Раньше это ему даже не приходило в голову. Он обдумывал слова сенатора и даже не заметил, что команда Тафта победила, пока не появилась Диана и не начала исполнять ритуал, напоминавший церемонию триумфа. Значит, в этом году у них не будет лишнего свободного дня.