– Мигель предлагает спеть корридо 1. [1 Корридо - песня, частушка.] Я скоро лягу.

Через несколько минут в ранчо погасили свет.

Я прежде всего проверил, дома ли собаки: вполголоса окликнул их и тщательно осмотрел все закоулки. Пусто! На мое счастье, псов взяли с собой Франко и дон Рафаэль.

Я вошел в каней, направляясь на огонек папиросы Мигеля.

– Мигель, хочешь глоток?

Он возвратил мне бутылку, сплюнув:

– Какой горький ром!

– Скажи, с кем у Барреры свидание?

– Не знаю, с которой из двух.

– С обеими?

– Похоже, что так.

Сердце бешено застучало у меня в груди, в горле пересохло, и я еле выговорил:

– Баррера - порядочный человек?

– Мошенник. Обещает завербованным пеонам любой товар, заставляет расписываться в книге, а потом в счет этого дает разную мелочь и говорит: "Остальное получите у меня на Вичаде". Я уж теперь ни на что не надеюсь.

– А сколько денег ты от него получил?

– Пять песо, а расписку он взял за десять. Посулил мне новый костюм и ничего не дал. И так со всеми. Он уже послал людей в Сан-Педро-де-Аримена, чтобы они приготовили на Муко лодки. Ато Гранде совсем опустел. Даже Хесуса нет, - его старый Субьета послал с запиской к начальству.

– Ну ладно, бери гитару и пой.

– Еще рано.

Мы прождали почти час. Мысль о неверности Алисии приводила меня в ярость, и я, чтобы не разрыдаться, кусал себе руки.

– Вы хотите убить его?

– Нет, нет! Я только хочу узнать, к кому он ездит.

– А если он путается с вашей женой?

– Все равно.

– Но ведь вам это, наверно, неприятно?

– По-твоему, я должен убить его?

– Дело ваше. От меня бы ему не поздоровилось. Спрячьтесь за изгородь, я сейчас стану петь.

Я выполнил совет Мигеля. Минуту спустя он сказал мне:

– Не пейте больше и цельтесь вернее.

Вскоре на листве банановых деревьев появился неверный отблеск лунного света, постепенно разлившийся по всему небу.

Раздались меланхолические аккорды гитары:

Коршун бедную голубку

Подстерег и закогтил;

Только кровь ее осталась

Там, где он ее схватил.

Напрягая зрение, я целился то в сторону реки, то в сторону корралей, а то еще куда-то. Резкий крик павлина, сидевшего на коньке крыши, пронизал ночную тьму.

Где-то на степной тропе завыли собаки.

Только кровь ее осталась

Там, где он ее схватил.

Женщины в комнате зажгли свет. Старая Тьяна показалась на пороге, как привиденье.

– Хватит, Мигель, нинья Грисельда не может уснуть.

Певец умолк и подошел ко мне.

– Я забыл сказать вам, что я обещал подать ему лодку. Когда мы поедем обратно, стреляйте в сидящего впереди. Если не промахнетесь, я брошу его кайманам, и кончены счеты.

Я видел, как он отчалил и поплыл по сумрачной реке, пересеченной неподвижными тенями деревьев. Но вот он вступил в черную полосу заводи, и видно было лишь поблескиванье весла, сверкавшего, как широкий ятаган.

Я ждал до рассвета. Никто не вернулся.

Бог знает, что происходило в это время.

Под утро я оседлал лошадь Мигеля и повесил двустволку на плетень. Грисельда, поливавшая из кувшина цветы, с беспокойством наблюдала за мной.

– Что ты делаешь?

– Поджидаю Барреру, который здесь ночевал.

– Что ты говоришь! Что ты говоришь!

– Слушайте, Грисельда. Сколько мы вам должны?

– Я не понимаю тебя!

– Отлично понимаете. Ваш дом - не для порядочных людей. А вам не пристало валяться на траве в степи, когда дома есть кровать!

– Придержи язык! Ты пьян!

– Только не от вина, которое вам привез Баррера.

– А разве он привез его мне?

– Вы хотите сказать - Алисии?

– Ты не можешь заставить ее ни любить тебя, ни следовать за тобой. Любовь - как ветер: куда захочет, туда и дует.

При этих словах я торопливо сделал несколько глотков из бутылки и схватился за ружье. Грисельда убежала. Я распахнул дверь.

Полуодетая Алисия сидела на кровати.

– Ты понимаешь, что здесь из-за тебя происходит? Одевайся! Едем отсюда! Скорей! Скорей!

– Артуро, перестань, ради бога!

– Я убью Барреру у тебя на глазах!

– Неужели ты способен на такое преступление?

– Не смей плакать! Ты уже и мертвого его жалеешь?

– Боже мой... Помогите!

– Я убью его! Я убью его! А потом тебя, себя и всех остальных! Я в своем уме! Не смей говорить, что я пьян! С ума сошел? Нет! Неправда! Я в своем уме! Остуди жар, который палит мне мозг! Где ты? Пощупай мне голову! Где ты?

Себастьяна и Грисельда старались удержать меня.