Шрифт:
– Хвала господу!
– ...и его пресвятой матери!
– ответил женский голос.
– Велите кому-нибудь отогнать собак!
– Сейчас.
– А где нинья Грисельда?
– На реке.
Мы с удовольствием оглядывали чистенький двор, усаженный бальзамином, бессмертниками, табаком, маками и другими цветами. В саду манили в тень бананы, шурша резными листьями из-за бамбукового палисадника, окружавшего дом, на коньке которого распустил свой яркий хвост павлин.
Наконец, в дверях кухни, вытирая руки о подол нижней юбки, показалась старая мулатка.
– Киш вы!
– крикнула она, швыряя скорлупой в копошившихся на грядках кур.Проходите, нинья Грисельда ушла купаться. Собак не бойтесь, они не кусаются.
И она занялась своими делами.
Мы расположились в служившей залой комнате, обстановку которой составляли два гамака, раскладной столик, две скамейки, три сундука и швейная машина "Зингер". Алисия, тяжело дыша, присела отдохнуть на гамак. Вошла Грисельда, босая, с купальным костюмом на плече, с гребенкой в волосах и мылом в тазике из выдолбленной тыквы.
– Простите, пожалуйста, - сказали мы ей.
– Ранчо и его хозяйка всегда к вашим услугам. А! И дон Рафаэль здесь! Зачем пожаловали?
И, выйдя во двор, она фамильярно пожурила его:
– Беспамятный, опять забыли журнал? Я на вас зла, как ягуар. Не перечьте мне, а то поссоримся.
Это была смуглая крепкая женщина среднего роста, с круглым лицом и приятными глазами. Она смеялась, показывая широкие белые зубы, и ловким движением руки выжимала воду из волос на расстегнутый корсаж платья. Вернувшись к нам, она спросила:
– Вам еще не подали кофе?
– Пожалуйста, не хлопочите...
– Тьяна, Бастьяна, что же ты?..
И, сев на гамак рядом с Алисией, Грисельда принялась расспрашивать, настоящие ли бриллианты в ее серьгах и нет ли у нее других для продажи.
– Если они вам нравятся, сеньора...
– Я за них дам эту машину.
– Вечная любительница меняться,-любезно произнес дон Рафо.
– Нет! Просто мы все распродаем потому, что уезжаем отсюда.
И с жаром Грисельда принялась рассказывать, что приехал некий Баррера и вербует людей на каучуковые разработки на реке Вичаде.
– Вот случай поправить наши дела: там дают еду и пять песо 1 [1 Песо колумбийская денежная единица.] в день. Я так и сказала Франко.
– А кто такой этот Баррера?
– спросил дон Рафо.
– Нарсисо Баррера, вербовщик, он привез товары и моррокоты 2, [2 Моррокота - золотая монета, разная по стоимости двадцати долларам.] чтобы раздавать их и угощать.
– И вы верите в эту аферу?
– Молчали бы уж, дон Рафо! И не вздумайте отговаривать Фиделя. Ему предлагают верные деньги, а он не решается бросить усадьбу. Он больше любит коров, чем жену! А кроме того, мы обвенчаемся в Порэ, потому что до сих пор жили по-граждански.
Алисия бросила на меня косой взгляд и улыбнулась.
– Этот переезд может принести убытки, нинья Грисельда.
– Дон Рафо, кто не рискует, тот всегда в проигрыше. Скажите сами, разве не стоит завербоваться, когда все у нас об этом только и говорят? В Ато Гранде, усадьбе Субьеты, почти никого не осталось. Старик Субьета еле упросил вакеро помочь ему загнать стада. Люди не хотят ничего делать. А по ночам пляшут хоропо!..3 [3 Хоропо - местный танец.] Нет, вы подумайте: среди них Кларита... Я запретила Фиделю оставаться там, а он не слушается. С понедельника уехал. Завтра ждем его.
– Вы говорите, Баррера привез много товаров? И дешево продает?
– Да, дон Рафо. Вам не стоит даже развязывать тюки. Все уже накупили всякой всячины. А почему вы не привезли мне модных журналов? Они мне так нужны. Я хочу одеваться по последней моде.
– Вот, привез один.
– Ну, спасибо!
Старая Себастьяна, седая, со сморщенным, точно винная ягода, лицом, дрожащими руками протянула нам несколько чашек горького кофе, которого не могли заставить себя выпить ни Алисия, ни я; дон Рафо пил его с блюдечка. Грисельда поспешила принести темную патоку в кувшине и предложила нам подсластить кофе.
– Спасибо, сеньора.
– А эта красавица - ваша жена? Вы - зять дона Рафо?
– Не зять, а ближе зятя.
– А вы тоже из Толимы?
– Я из департамента Толима; Алисия - из Боготы.
– Она словно на танцы вырядилась! Какая модница! Что за ботинки! А платье какое хорошенькое! Вы его сами скроили?
– Нет, сеньора. Но я кое-что понимаю в шитье. Я три года училась этому в школе.
– Вы научите меня? Правда, научите? Я для этого и купила машину. Посмотрите, какие у меня шикарные отрезы. Мне их подарил Баррера, когда приезжал к нам. Тьяне он тоже подарил материю. Где она у тебя, Тьяна?