–  Ну, все ведь может остаться по-прежнему. Я ведь могу продолжать ходить, как ходил… Никто и не узнает…

Митридан посмотрел на него умиленно. Что Гаврила человек недалекий он догадывался, но что вот настолько… Даже без злобы объяснил:

–  Я бы за такое на месте князя обиделся. Это ж ни в какие ворота… Тени нет, а ходит по-прежнему… Если что-то случилось, то нельзя делать вид, что ничего не произошло…

Облако, видно, посчитав, что всем тут не до него, попыталось уйти сквозь стену, но Митридан был начеку. Он посыпал его чем-то вроде соли и то, разом огрузнув, шлепнулось на стол.

–  Да за одно это князь всех нас на колья пересажает и свободных кольев у него еще останется предостаточно.

Ребром ладони колдун разрубил это на несколько частей и стал наблюдать, как обрубки корчатся на столе, пытаясь соединиться воедино.

Гаврила молчал, не видя что происходит рядом с ним. Лицо его сморщилось. Колдуну он отчего-то поверил. Наверное, оттого, что безразлична была его, Гаврилова, судьба этому зайде. Никогда они друг друга не знали, не виделись. Вот и сейчас постоят недолго рядом и снова разойдутся в разные стороны. Каждый по своему делу.

–  И что делать мне теперь?

–  Откуда я знаю, что тебе делать?
– Митридан ловко подхватил кусок и начал мять ладонями словно тесто, скатывая из него шар.
– Наверное, сидеть на плоском, да ждать пока князь сам о тебе вспомнит.

Гавриле не надо было напоминать, чем это для него закончится. В открытую дверь виден был княжеский двор, заостренные колья и дружинники княжеские, что сидели на бревнах рядышком. Оттуда доносилось мерное тюканье топора.

–  Не для тебя ли вострят?

Гаврила долго стоял, не произнося ни слова - то ли думал, то ли боялся, то ли топор слушал, а потом он сглотнул пересохшим горлом и еле слышно прошептал.

–  А если сбежать?

Мир за городскими воротами был страшен. Гаврила его и не знал вовсе и оттого не мог даже представить, что будет делать там, оторванный от родной земли, от избы, от хозяйства, но оставаться здесь было еще страшнее.

–  Сбежать?
– переспросил Митридан, выгадывая время для ответа.
– Сбежать, значит?

Гаврила увидел, как дружинники поднялись и пошли по двору, по направлению к дому колдуна. Он только кивнул.

–  А далеко ты бежать-то собрался, добрый молодец? Ждут тебя где? Укрыть готовы?

Руки колдуна проворно лепили из теста шестиконечную звезду. Гаврила, приободренный тем, что умный человек не оборвал его, а задумался, разом окрепшим голосом быстро сказал:

–  Чем дальше - тем лучше!

Селянин разошелся. Пора было ставить его на место. Колдун наклонился и спросил быстро, так, словно ответ что-то для него значил.

–  Могу помочь вообще с этого света сбежать… Хочешь?

Гаврила обмяк и посерел, но колдун, словно не заметил этого, продолжил.

–  Вот князь-то огорчиться…

Колдун подмигнул Гавриле.

–  Только соберется князь тебя на кол посадить, а ты уже покойник. Без спроса. Не любят такого князья…

Гаврила молчал, представил себя лежащим на этих вот досках с оскаленными зубами и выпученными остекленевшими глазами. Хозяин кивнул в сторону кувшинов.

–  Вон зелье волшебное. Хлебнешь пару глотков и сразу в другой мир сгинешь…

–  К ящеру?
– хрипло спросил Гаврила, опасливо отодвинувшись от колдуна.
– К самому…?

Вспотевшие ладони он вытер о портки.

–  Да какая тебе разница - к ящеру, не к ящеру… - Между делом ответил колдун, занимаясь живыми облаками.
– Главное ни князя там не будет, ни острых кольев. Тебе же этого хочется?

Гаврила долго молчал, раздумывая над словами колдуна. Что-то, видно ему в них не понравилось - А если просто сбежать? Не к ящеру, а так просто. В другой город?
– вырвалось у него, но он тут же сам себя оборвал.
– Да как бежать? А дом, а хозяйство? Его-то куда? Не с собой же борону тащить…

Умиленность умиленностью, но у всего на свете есть границы. Митридан стоял и не знал, что делать - то ли улыбнуться детской наивности поселянина, то ли развернуться да дать ему в ухо за глупость и не понимание того, что знал и понимал каждый, кто пожил на Руси.

Он осторожно выдохнул и как мог спокойно спросил недалекого землепашца:

–  А тебе что дороже - голова или борона?

Гаврила молчал и Митридан продолжил, понимая, что тот сейчас ничего не скажет.

–  К тому же ведь, если сбежишь, всегда вернуться можно… Скучно станет или, например, захочется вдруг отчего-то на колу посидеть - милости просим…