Когда Пресс возвращался рано, он отпускал ее после полудня. У нее было ощущение, что ее присутствие в магазине вызывает у него беспокойство. Он держался как-то отстраненно, не так дружески, как раньше.

Оставив еду на медленном огне, она отправилась принять ванну и переодеться в новый костюм, который купила по дороге домой. Она собиралась попробовать стать счастливой в своей жизни. Может быть, это ее вина, что Джек несчастлив. Может быть, если она постарается по-настоящему, она может еще что-то сделать для их брака.

Она опустилась в воду, мечтая о романтическом замужестве, пока не поняла, что уже стемнело. Выйдя из ванны, она почувствовала себя лучше. Она почувствовала себя очень взрослой. Время подкралось к ней, словно вор в ночи, и похитило ее юность.

Одеваясь, она разглядела себя в зеркале и улыбнулась, увидев в нем ту же девушку, которую привыкла видеть. Возможно, все у нее будет хорошо, если она будет работать над собой. Она решила не собирать волосы в обычный «конский хвост», а оставить их распущенными.

Костюмчик с шортами подчеркивал ее фигуру, стягивая тонкую талию и облегая ее живот, — вот что она увидела, взглянув на себя в зеркало через плечо. Низко обрезанная верхняя часть оставляла обнаженным ее плоский живот и даже придавала ее грудям видимость того размера, который должен произвести на Джека впечатление. По правде, у нее был не такой уж маленький бюст. Тем не менее, Джек считал ее плоскогрудой.

Мэнди едва успела подкрасить губы, как услышала хлопанье автомобильной дверцы. Она поспешила на кухню и зажгла на середине стола свечку, когда вошли Джек и Бью.

Джек замер на месте, и Мэнди решила, что ему понравилась такая встреча. Бью как-то по звериному присвистнул, и это отвлекло внимание Мэнди, иначе она заметила бы хмурый вид Джека.

— Не удивляюсь, что ты рвался домой, Джек, — сказал Бью. — А ты мне говорил, что хотел взглянуть, как там лошади.

Бью по-дружески обнял Мэнди и потянул носом:

— Ого, пахнет чем-то вкусным.

— Это чеснок, лук и грибы с грудинкой, — сказала Мэнди. Смущенная его объятием она старалась как-то отвлечь его внимание от себя. — Я приготовила много, если хочешь, оставайся ужинать.

Бью указал на шоколадный торт на хрустальной подставке.

— Это включается в приглашение?

— Да, я только что испекла его, — ответила Мэнди, польщенная, что хоть кто-то одобрил ее усилия. Джек хранил молчание. — Я достану еще тарелку, — сказала Мэнди, направляясь в столовую.

Она пользовалась хорошим фарфором, но никогда не накрывала стол в столовой. Сейчас она пожалела об этом. Кухня была недостаточно просторной, и Бью будет неудобно себя чувствовать за маленьким столом.

— Я думаю, мы можем обойтись без этого, — сказал Джек, загасив пальцами свечу и убрав ее со стола.

Мэнди насупилась, но ничего не сказала.

— О-хо-хо, — сказал, заметив это, Бью. — Я думаю, Джек, что сейчас ты загасил свой шанс.

Джек проигнорировал замечание Бью и перевел разговор на лошадей. Все оставшееся время за ужином он не обращал на Мэнди никакого внимания. А по его комплиментам по поводу еды можно было подумать, что Мэнди подала суп из пакетика и сосиски.

— Хочешь взглянуть на Омегу? — спросил Джек, проглотив последнюю картофелину.

— Конечно, но сначала я хочу получить кусок шоколадного торта, который испекла твоя жена.

— Ты слышала? — лукаво спросил Джек.

— Что? — Она перестала прислушиваться к их разговору, когда стало ясно, что Джек не собирается разговаривать с ней.

— Дай Бью кусок торта.

— А ты не хочешь? — спросила Мэнди, обиженная его поведением.

— Конечно, хочу. Я что, должен тебе все говорить, женщина? Давай шевелись и дай нам по куску.

Она отодвинула стул и быстро встала, но не потому, что так велел Джек, а потому, что не хотела, чтобы Бью заметил выступившие у нее на глазах слезы.

Она вытерла глаза, повернувшись к ним спиной, а потом отрезала обоим по куску. Когда она подавала их, руки у нее дрожали.

— И ты называешь это куском торта? — противным голосом спросил Джек. — Ты хоть что-нибудь можешь сделать по-человечески? Это не чаепитие для домохозяек. Забери это и принеси нам пару кусков нормального размера.

— Из... извини, — пробормотала Мэнди, убирая со стола отвергнутые куски.

— Извини... Мне жаль... — раздраженно повторил Джек. — Ты и наполовину так не сожалеешь, как я, что женился на тебе.