— Вот и отлично. Рада была помочь.

Однако голос Изобел звучал безрадостно. Казалось, она вот-вот швырнет в Тристана ножом.

Оба они повернулись к Патрику, сердито расхаживавшему перед дверью.

— Где Кам? У меня нет времени сидеть здесь, пока вы попусту болтаете и пререкаетесь. Мне нужно заготавливать траву на сено. Лахлан! — крикнул он, увидев, как открылась дверь в холле. — Приведи сюда Кама посторожить нашего гостя. — Он с печальной усмешкой взглянул на Тристана: — Простите, что не доверяю вам, но я не оставлю вас с развязанными руками наедине с моей сестрой.

— Разумеется.

Отвесив легкий поклон, Тристан покосился на соблазнительный изгиб спины Изобел, склонившейся над таганом. Только глупец оставил бы ее наедине с мужчиной, а, как Тристан успел заметить, Патрик отнюдь не был глупцом. Что же до остальных Фергюссонов, им повезло меньше.

— У вас здесь много трав.

— Что?

Патрик повернулся к Тристану, но, поняв, что тот обращается к Изобел, снова нетерпеливо шагнул к двери.

— Так вы знахарка? — протянул Тристан, не сводя с нее глаз.

— По-моему, это очевидно. — Изобел внимательно оглядела горца, вытирая руки о передник. — Вы снова на ногах, разве нет?

— Да, — с улыбкой признал Тристан.

Изобел отвела взгляд.

— Я благодарен вам за то, что вы так умело исцелили меня.

Щеки Изобел запылали, она смущенно потупилась:

— У меня не было выбора. Я не могла допустить, чтобы один из Макгрегоров умер на нашей земле.

Она решительно отвергала его, но вместо унижения Тристан испытывал растерянность: неужели Изобел не чувствует, как дрожит и потрескивает воздух вокруг них? Кожа Тристана горела огнем, кровь кипела в жилах.

Он должен ее завоевать.

В дверях появился Камерон, заняв место Патрика. Он бросил на сестру предостерегающий взгляд из-под густых ресниц и отвернулся от Тристана, не ответив на его приветствие.

Это лишь добавило горцу решимости. Тристан вернулся к своему первоначальному замыслу: он намеревался привлечь на свою сторону всех Фергюссонов.

«Ну может, не всех», — поправился он чуть позднее, когда Изобел позвала братьев ужинать и в кухню лениво, вразвалку вошел Тамас с тарелкой в руках.

Мальчишка и горец обменялись колючими взглядами. Заметив волдыри от укусов шершней на груди Тристана, маленький паршивец равнодушно пожал плечами:

— Вам повезло, что ваша спальня на втором этаже, иначе, проснувшись, вы обнаружили бы кабана у себя в кровати.

— А тебе повезло, что у меня доброе сердце, — хмуро заметил Тристан, пораженный дерзостью мальчишки. — А не то ты нашел бы у себя в постели ядовитый плющ.

Тамас недоверчиво прищурился, словно никак не мог решить, шутит ли Макгрегор.

Позади раздалось чье-то сдавленное хихиканье. Обернувшись, Тристан увидел паренька, который нашел для него трость. Изобел называла его Джоном. На лбу мальчика красовалась шишка примерно такого же размера, как у самого Тристана. Горец подмигнул Джону:

— Есть масса способов заставить младшего брата расплатиться за глупость.

Веснушчатое лицо Джона расплылось в улыбке.

— Так у вас тоже есть младший брат?

— Да, — кивнул Тристан. — Он оставил мне это на память.

Горец показал Джону тонкий шрам, тянувшийся от локтя к запястью.

— И что вы ему за это сделали?

— Мистер Макгрегор! — сердито воскликнула Изобел, прежде чем Тристан успел ответить. — Не знаю, как воспитывали вас, но в этом доме свои порядки: мы не поощряем месть.

Тристан перевел взгляд с горящей любопытством физиономии Джона на лицо Изобел. Его восхищала непреклонность, с которой она ненавидела своего врага, но молчать он не собирался.

— Тогда вам следует самой служить примером братьям, мисс Фергюссон.

Глаза Изобел гневно сверкнули, а губы сжались. Тристан не смог сдержать улыбку, видя, как Изобел пытается найти достойный ответ. Ей не хотелось признавать, что Фергюссоны не слишком отличаются от Макгрегоров.

— Вот ваш ужин.

Она со стуком поставила тарелку перед Тристаном. На мгновение чудесный аромат жаркого заставил горца забыть обо всем на свете.

— Вы можете поесть за дверью, — проворчала Изобел, когда Тристан открыл глаза. — Я сохранила вам жизнь, но не собираюсь терпеть ваше общество.

Тамас презрительно усмехнулся, проходя мимо гостя, и Тристана охватило желание огреть мальчишку палкой. Но, поймав предостерегающий взгляд Изобел, он сдержался и позволил маленькому каналье прейти.