В зале прибытия аэропорта она снова попробовала дозвониться. Никто не брал трубку. Она позвонила в справочную и попросила номер сотового телефона Руди. Ей тут же дали.

Но и этот номер не отвечал. Какая нелепость! Ведь Руди должен был всегда носить сотовый при себе. Где же он?

Или Руди тоже лежит на дне Рейна?

« Не паникуй, — сказала она себе. — Все будет хорошо». Но ее точила мысль о том, что Георг Охснер — не тот человек, который способен покончить жизнь самоубийством. А если это не самоубийство, что тогда? Несчастный случай? Вряд ли. Убийство? Но кому надо убивать немощного старика? И зачем? Замешан ли как-то в этом Руди? Алекс стала в очередь, чтобы пройти паспортный контроль. У Руди не было причин убивать Охснера. Он мог получить доступ к счету, просто придя в банк и попросив об этом. Так ему объяснил сам Охснер.

Но что же тогда?

Алекс заметила дверь с табличкой «Полиция». Оттуда как раз выходил мужчина в голубой форменной рубашке с широкими погонами, на которых маленькими золотыми буковками было вышито: «Цюрихская полиция».

— Простите. — Алекс направилась к нему.

— Да?

— Если я считаю, что одному человеку в Цюрихе может грозить неприятность, нужно ли мне называть свое имя? Впутают ли меня в это дело, если я только попрошу проверить, все ли с ним в порядке?

— Нет, вам не обязательно называть свое имя. — Было очевидно, что вопрос Алекс удивил полицейского. — Но кто этот человек? Откуда вам известно, что с ним что-то случилось?

— Я не уверена, но кто-то мог бы поехать и проверить…

— Вам нужно обратиться туда, — указал он на табличку «Таможня». — Отделение кантональной полиции — за таможней. На территории ангара «А». А это — полиция аэропорта.

Алекс вновь встала в очередь на таможенный контроль. « Ну конечно же. Попроси полицейских заглянуть к нему. Ничего о себе не рассказывай. Просто скажи, что Руди может грозить опасность, остальное уже их забота».

Пройдя таможенный контроль, Алекс нашла лифт в ангаре «А». Рядом с кнопкой четвертого этажа находился маленький щиток с надписью «Полиция».

Здесь, в Цюрихе, Алекс вспомнила слова Сьюзан: «Никогда не переступай границ своих полномочий». Она нажала на кнопку и подождала, когда двери закроются.

« Может, следует позвонить в банк и рассказать им, что произошло? Нет. Не впутывай сюда банк, — убеждала она себя. — Не впутывай сюда никого. Никого, кроме полиции. Пусть они разберутся».

Двери лифта открылись. Алекс подошла к стеклянной двери с табличкой «Полиция» и нажала кнопку звонка. Ее тотчас же впустили.

Алекс подошла к мужчине, читавшему газету за толстой стеклянной перегородкой. Он был в джинсах и клетчатой рубашке, с неряшливой трехдневной щетиной.

— Да? — оторвался мужчина от газеты.

— Вы полицейский? — Алекс говорила в маленький микрофон рядом с перегородкой.

— Да, что вы хотели?

— Просто спросить… не могли бы вы проверить одного моего знакомого? Он живет в Цюрихе. Думаю, ему может грозить опасность.

— Какая опасность?

— Не знаю. Он не отвечает на телефонные звонки.

— А что вы от меняхотите? — Он непонимающе уставился на Алекс. У него не было ни оружия, ни полицейского значка. Ничего такого, что убедило бы Алекс. Лишь толстая защитная перегородка — чтобы егозащищать, так это выглядело.

— Мог бы кто-нибудь отправиться к нему на квартиру?

— А вы ему кто? Родственница?

— Нет. Просто приятельница. Я лишь хочу убедиться, что с ним все в порядке.

— Если вы не родственница, вы не можете…

— Держите. — Алекс достала клочок бумаги и написала имя Руди и номер его телефона. — Неужели никто не может проверить, все ли с ним в порядке?

— Вы сами туда ездили? Смотрели?

— Нет, и не собираюсь. Я просто хочу знать, что с ним все в порядке. — Алекс заправила волосы за уши и наклонилась ближе к микрофону. — Почему бы вамне поработать?

Он взглянул поверх очков и что-то ответил, но Алекс не поняла.

— Не могли бы вы повторить? — попросила она.

— Я сказал, вам следует обратиться в городскую полицию. Может, они смогут вам помочь. Тут отделение кантональной, то есть областной, полиции, и, если вы не родственница, мы ничем не можем помочь.

— Как найти то, что мне нужно? — раздраженно спросила Алекс.

— Управление городской полиции.

— Где это?

— В деловой части Цюриха. Но сегодня воскресенье. Неуверен, что там кто-то есть. По воскресеньям они работают только в первой половине дня.