– Ты допустила ошибку, но ее можно исправить, - его голос потеплел.
– Нам не придется опасаться за твою репутацию, дорогая. Я сам обо всем позабочусь. Мы быстро уладим все формальности, а когда вернешься домой, то немедленно выйдешь замуж вторично. Никакого скандала не будет. Маркиз Хант давно жаждет видеть тебя своей женой. Он наследник герцога Кардхама. С таким мужем нечего бояться. Регина была в ужасе:

– Я не оставлю Слейда! Он - мой муж. Ничего не нужно менять.

– Развод все изменит.

– Нет!

Николае старался не потерять контроль над собой. Джейн тронула его за локоть.

– Николае, не нужно так, пожалуйста! Я понимаю, что ты расстроен. Но ты должен успокоиться, и мы все разумно обсудим!

– Не вижу, что именно нам обсуждать. Этот негодяй обманул и соблазнил мою дочь, Джейн. Ему это так просто не пройдет!

– Он не обманывал меня! Я знала, что он женится на мне из-за денег, но я все равно согласилась. Пожалуйста, отец! Я люблю его!

– Ты любила Хортенза тоже…

– Нет! Я никогда не любила Рэндольфа. Мне только так казалось!

– Стоит ли говорить о чем-либо еще? Намек был ясен: теперь ей кажется, что она любит Слейда.

Регина знала, что словесную битву с отцом ей выиграть непросто. Но она сделает все возможное. Должна сделать. Глубоко вздохнув и стараясь успокоиться, она сказала:

– Пожалуйста, отец, пройдем в комнату. Мы сможем поговорить. Я постараюсь все объяснить. Скоро приедет Слейд. Ты познакомишься с ним и увидишь, что он за человек.

– Нет, Регина. Если о чем и стоит говорить, только о твоем разводе.

Регина еще раз вздохнула, набираясь мужества.

– Тогда нам вообще не о чем говорить. Пожалуйста, уезжай, отец. Николае был поражен.

– Ты перечишь мне? Ты приказываешь мне покинуть твой дом?

Слезы набежали на глаза Регины. Она не могла припомнить ни одного случая, чтобы она ослушалась отца.

– Боюсь, что это так.

Слейд не поднял головы от бумаг.

– Входите, - он быстро просмотрел листок, который держал в руках, протянул его секретарю:

– Передайте это Робу Левину немедленно, Гарольд.

– Да, сэр, - отозвался молодой человек. Быстрым шагом он прошел мимо вошедшего и исчез за дверью.

Слейд поднял глаза. В тот самый момент, когда он увидел этого человека, он понял, что перед ним - отец Регины. Нет, внешнего сходства было мало, однако инстинкт подсказывал, что это так. Ощущение силы и власти исходило от графа Драгморского. Слейд вежливо встал навстречу гостю:

– Мистер Шелтон?

Выражение лица Николаев было угрюмым.

– Вы догадливы, мистер Деланза. Чего, впрочем, и следовало ожидать. Любой, кто смог бы уговорить мою дочь, неглупую девушку со знанием приличий, выйти за него замуж, должен быть догадлив и неглуп…

Слейд внутренне приготовился к бою.

– Или вы соблазнили ее? Она отрицала, но у меня есть сомнения, - спросил Николае.

– Я не коснулся ее до свадьбы, - с напряжением сказал Слейд.

– Как благородно с вашей стороны!

– И когда меня должны повесить?
– грубовато спросил Слейд.

– Сейчас! Не сомневайтесь! Моя сестра и ее муж рассказали, что вы женились ради приданого. Регина также признает это. Она не в состоянии лгать мне. Я терпеть не могу искателей богатых невест, Деланза.

Слейд ухватился за стол - костяшки его пальцев побелели. Если на него нападают, он привык отвечать. Но ему бы не хотелось воевать с отцом своей жены.

– Вы все слишком усугубляете.

– Да? Надеюсь. Мне хотелось бы увидеть, как вы будете выкручиваться.

– Нет, - Слейд сжал зубы.
– Вы не поняли. Вы все затрудняете, вы так говорите, что чертовски трудно быть вежливым, вы говорите так, что невероятно трудно все объяснить, черт возьми!

– Не стесняйтесь, - холодно сказал Николае.
– Мне хотелось бы получить возможность ударить вас и разбить ваш нос в кровь.

– Но я не хочу разбивать ваш.

– Почему бы и нет?

– Потому что вы - отец Регины. Николае внимательно посмотрел на него.

– Даже если вы не будете драться со мной, это ничего не изменит. Я хочу, чтобы моя дочь развелась с вами и вышла замуж за достойного человека. Если она останется вашей женой - можете быть уверены: именно я контролирую ее состояние - вы не получите ни цента. Не стесняйтесь и разбейте мой нос, - глаза Николаев сверкали.