Рик покраснел.

– Ну, хорошо. Теперь, когда Виктория ушла, ты сможешь мне рассказать, что же именно происходит?

Регина была на грани того, чтобы все рассказать своему свекру. Возможно, он трудный человек, но она видела и другую сторону его натуры - искренне любящую. Но тем не менее Слейду вряд ли понравится, если она обсудит их проблемы с Риком. А для нее главное - Слейд. Поэтому Регина покачала головой:

– Нет, ничего. Правда, все в порядке. Рик выглядел разочарованным. Возможно, из-за того, что она не доверилась ему. Регина решила переменить тему.

– Ксандрия Кингсли и Чарльз Манн дают прием в честь нашего бракосочетания в эту пятницу. Вы придете, Рик?

– Это - приглашение?

– Конечно.

– Ну, хорошо. Я не приду ни на какой прием. Улыбка Регины исчезла.

– Почему? Вы не можете остаться в городе еще на несколько дней?

– Я мог бы. Но не хочу. Я пришел сюда не для того, чтобы обсуждать всякие чертовы приемы.

– Тогда зачем вы пришли, Рик? Он вздохнул.

– Скажу прямо, Регина. Я хочу, чтобы ты и Слейд вернулись домой. Я прошу тебя вернуться домой.

Регина не знала, что и сказать. Сердце бешено заколотилось. Как бы ни волновали ее неразрешенные проблемы, она пришла в смятение от слов Рика. Он хочет, чтобы сын вернулся.

– Вы должны попросить его, - твердо сказала Регина.

– Черт побери! Ты - его жена. Скажи ему, что пора вернуться домой.

Регина выпрямилась. Она мягко сказала:

– Вы сами должны сказать ему это, Рик.

Взгляд Рика заметался.

– Я не просил его уезжать. И, черт возьми, не могу попросить его вернуться. А ты - можешь.

Регина покачала головой.

– Нет. Это должны сделать вы. Рик встал.

– Ты тоже упряма?

– Иногда. Я искренне надеюсь, что ваша гордость не поможет вам установить человеческие взаимоотношения с сыном.

Рик чуть не задохнулся.

– Миссис, вы переходите границы!

– Может быть.

Рик не верил ушам своим.

– Я не собираюсь умолять его вернуться! Он уехал по доброй воле. И уезжал не один раз. Иногда я думаю, что он меня ненавидит - от пяток до макушки! Даже если мне и не хватало его - нет, я этого не могу сказать, - я никогда не попрошу его вернуться.

Регина встала, дрожа.

– Я считаю, вам пора стать откровеннее, Рик. Вначале - с самим собой. Потом - с вашим сыном.

– Ты встряла во все!
– глаза Рика блестели от гнева.

– Кто-то должен вмешаться. Почему бы всем ни прийти на вечер в пятницу? Ваш сын будет почетным гостем. Я уверена, он будет рад, если вы придете. Он может делать вид, что это не так, но в глубине души, я убеждена, он будет счастлив.

– Да ноги моей не будет в доме Чарльза Манна. Пусть мне заплатят хоть миллион долларов!

Регина поняла, что Рик обеспокоен взаимоотношениями Слейда и Чарльза. Его это глубоко задевает. Как долго он сдерживает эти чувства? Слейд уехал из дому десять лет тому назад. Неужели все эти десять лет он ненавидел Чарльза?

– Рик, - она взяла его за руку.
– Чарльз Манн - не отец Слейда. Он только хороший друг. Вы - его отец. Слейд уважает Чарльза, но это не значит, что ему не нужны ваши любовь и забота.

Рик взорвался:

– Этот парень не понимает и не догадывается, что такое любовь! Как и его чертова мать! Ты знаешь, что его мать была проституткой? Она была так красива, что я считал: если я женюсь на ней, если она будет жить в моем доме, то превратится в леди. Ха! Да у нее не было ни одной капли благородной крови. Когда она ушла, я не стал просить ее вернуться. И я не собираюсь просить его. Он - точная копия своей проклятой матери!

Регина побледнела, хотя она знала, что Рик не прав. Слейд - нравственный человек, в отличие от своей матери. Она покачала головой, когда подумала о том, что Слейд не хочет допускать ее к своему сердцу. Возможно, это связано с тем, что в раннем детстве его бросила мать. И Регина приняла твердое решение - никогда не бросать мужа, независимо от того, каковы будут обстоятельства.

– Если он хочет делать вид, что Чарльз Манн ему как отец, то какое мне до этого дело? Но Слейд все равно принадлежит Мирамару. Да будь я проклят, если когда-нибудь ступлю ногой в дом Манна!

Регина смотрела, как он шагает к выходу. Она сделала еще одну - последнюю - попытку:

– Рик, вы можете делать вид, что вам Слейд безразличен, однако мы оба знаем - это ложь! Слейд - единственный, кто не знает правды. Не пора ли и ему открыть тайну?

Тишина в его кабинете была зловещей. Он был не в состоянии идти домой, поэтому вернулся в фельдорест. Обычно разнообразные звуки наполняли этаж: жужжание голосов, стук печатных машинок и телетайпа, телефонные звонки. Вечером же было тихо - можно было слышать биение своего сердца.