– Итак, хватит нам предаваться чревоугодию, - прорычал Рик.
– Я хочу все-таки знать, где ты был. После того, как спала вода, мы нашли твою мертвую лошадь со сломанной ногой, запутавшуюся в двух вывернутых вверх корнями деревьях. А ты исчез. Мы искали тебя, боясь найти - мертвого!

– Господи, - сказал Джеймс, отставив в сторону тарелку. Он откинулся на спинку софы.
– Но вы же не нашли меня! Если бы вы получили мое письмо, вы бы знали, что все в порядке.

– Мы не нашли тебя, потом прошел месяц, и мы решили, что ты погиб, - сказал Рик.

– Почему ты уехал, не сказав никому ни слова?
– спросил Слейд.

– Я получил письмо от Элизабет.

– Какое письмо?
– вмешался Рик. Улыбка Джеймса стала горькой:

– Какое письмо? Увы, оно не было любовным. Слейд первым нарушил затянувшуюся паузу:

– Боже мой, Джеймс, как это ужасно!

– Но мне больше ничего не оставалось делать…

– И ты уехал в штормовую ночь - хмуро сказал Рик.

– Я был просто в отчаянии. Я отказывался верить. Мне было больно. Я был просто дурак, я решил поехать к ней и потребовать объяснений. Мне хотелось думать, что у нее обычный приступ дурного настроения, что, стоит ей меня увидеть, то она бросится мне на шею, и все будет прекрасно, - он натянуто рассмеялся.
– Боже, как я ошибался!

***

– Ты получил от нее письмо, уехал ночью, в штормовую погоду, вода унесла твою лошадь, - сказал Слейд.
– А что было потом?

– Мне нужна была лошадь, я оседлал жеребца, увиденного на поле старика Куртиса, доехал до Темплетона, чтобы попасть на поезд в Сан-Луис-Обиспо. Но когда я узнал, что поезд будет только на следующий день, я поскакал дальше. Ничто не могло остановить меня - я был как сумасшедший. Я скакал до тех пор, пока не добрался до ветки Южно-Тихоокеанской, и сел на поезд в Серрано.

– Ты скакал почти всю дорогу?
– перебил Эдвард.

– Я был не просто как сумасшедший. Я словно обезумел и забыл обо всем. Я послал телеграмму домой только после того, как добрался до Сан-Лу-ис-Обиспо и увиделся с Элизабет.

Его губы изогнулись.

– Я не помню, что я говорил. Она так изменилась - я был в ужасе.

– Я видел ее, Джеймс, - вставил слово Эдвард.
– Месяц назад я ездил туда и виделся с ее мачехой. Сьюзан направила меня к Элизабет, - он заколебался.
– Ты не должен так уж расстраиваться. Нет в мире женщины, которая так не подходила бы тебе.

Джеймс промолчал.

– Я видел ее тоже. Недавно, - сказал Слейд.
– Эдвард прав. Она - опасная женщина.

Джеймс посмотрел на братьев. Его кулак с громом опустился на стол. Подпрыгнула тарелка.

– Ей пришлось все самой сказать мне. Думаю, ей это доставило удовольствие. Она - шлюха. И в глубине души, и в жизни. Знаете ли вы, почему ее когда-то отослали в Лондон? Потому что ее застали в кровати с каким-то парнем из конюшни! Синклер решил положить этому конец и отослал ее, надеясь, что английская школа станет для нее исправительной тюрьмой! Ей было всего тринадцать! Этот грум даже не был ее первым любовником. Дьявол! Когда Джордж договаривался о женитьбе, он про себя смеялся!

Джеймса трясло. Он глубоко вздохнул и уставился на потолок.

Рик вскочил.

– Черт побери этого Джорджа! Если бы он не был мертв, я бы свернул ему шею! Как, черт побери, ему удалось замять скандал? Джордж всегда был так дружелюбен! Благодари бога, Джеймс, что она разорвала помолвку. Эта дрянь недостойна счищать навоз с твоих башмаков!

– Аминь!
– сказал Эдвард. Джеймс промолчал.

– Но ты долго отсутствовал, - тихо сказал Слейд.
– Где ты был?

– Я отправился на Юг. Мне было безразлично, куда ехать. Через несколько дней после встречи с Элизабет, когда я был в Лос-Анжелесе, я послал еще одну телеграмму, в которой сообщал, чтобы вы меня не ждали в ближайшее время. Еще позже я послал письмо из Туксона, в котором постарался многое объяснить. В Гвадалахаре я почувствовал, что исцелился. Это было две недели назад. И я решил вернуться.

Слейд смотрел на брата. Джеймс покачал головой.

– Не понимаю, что случилось с письмом и телеграммами.

– Я тоже, - Рик был в гневе.
– Это весьма странно, черт побери, что все три сообщения от тебя пропали.

– Я завтра поеду в город, - сказал Слейд.
– Поговорю с Беном.

Регина замерла, потом посмотрела на Викторию, лицо которой было непроницаемым. Но когда жена Рика почувствовала взгляд Регины, ее губы передернулись. Регина отвернулась: Боже, кажется, ее догадка верна!

– Я знаю о письме, - неожиданно вступила в разговор Люсинда, - но о телеграммах мне ничего не известно.

Все устремили на нее взгляды.

– Что?!
– воскликнул Рик.
– Ты утаила от меня письмо?!

Виктория вскочила на ноги.

– Люсинда, что это за глупый розыгрыш? И что ты здесь делаешь? Тебе нечего делать? Люсинда глянула на нее.

– Вы - подлая женщина. И я скажу правду! Регина съежилась. Рик схватил служанку за руку:

– Что ты хочешь сказать?