–  Никто из мужчин никогда не касался тебя.

Она подумала, не рассказать ли ему о том единственном случае, когда парень уговорил ее на оральный секс; они побаловались этим пару раз, но потом решили, что благоразумие - лучшая часть отваги, и лучше избежать опасной ситуации, чем противостоять ей. Джимми был хорошим парнем и не заслуживал смерти.

–  Повторяю: - да!

–  Никто из мужчин больше никогда не прикоснется к тебе.

Эмма изучала возвышавшееся нал ней лицо, черты которого были словно высечены из гранита.

–  Даже ты?
– Рычание усилилось. Она вздохнула, необъяснимо обрадованная, услышав этот звук.
– Ладно.
– Она закатила глаза.
– Тоже мне… - девушка усмехнулась.
– Между прочим, Лайон-О, это была моя любимая рубашка.

Он посмотрел вниз.

–  Черт, Эмма!

–  Что?
– Она тоже посмотрела вниз, ожидая увидеть что-нибудь необычное, как например присохший соус Альфредо, красующийся на одной из ее грудей или что-нибудь еще в этом роде. Вместо этого она увидела бледно-розовый кружевной лифчик, который она надела этим утром и который был полностью прозрачным. Ощущение кожей сексуального нижнего белья придавало ей такое чувство уверенности в себе, что Эмма поменяла все свое обычное белье на кружевное.

Похоже, он определенно одобрил ее выбор.

Макс перехватил ее запястья одной рукой. Другой рукой он скользнул вниз по ее телу к джинсам и расстегнул на них застежку и молнию.

–  Ну-ка, подними попку, Эмма, - скомандовал он.

Она подчинилась не задумываясь, приподняв зад таким образом, чтобы он мог легко стянуть джинсы вниз по ее ногам.

При виде ее бледно-розовых кружевных трусиков, составляющих пару бюстгальтеру, Макс с шипением выдохнул воздух. Ниже живота не было ни единого волоска.

–  Точь-в-точь бразильянка… - вздохнул он.

–  Угу.

Макс передвинул руку и начал гладить ее поверх трусиков, интимно накрыв ладонью ее холмик.

–  Моя, - шепнул он.

Его золотые глаза, с безмолвным приказом в них, уперлись в ее:

–  Держи руки здесь, куда я их положил.

–  Почему?
– спросила Эмма, подчиняясь, в то время как Макс выпустил ее запястья и медленно провел ладонью по всей ее руке до самой груди.

–  Я не сдержусь, если ты прикоснешься ко мне. Я хочу, чтобы первый раз был для тебя.

–  По мне, так лучше бы он был для нас обоих.
– Эмма охнула, когда его рука нежно обхватила ее грудь. Его палец мягко поигрывал ее соском, заставив его подняться под кружевом розового лифчика.

–  Доверься мне, Курана. Удовольствие будет общим.
– Медленно, - о, так медленно, Макс опустил голову. Его язык скользил и облизывал ее сосок через кружево. Он наблюдал за ее реакцией, пока она не начала тихо постанывать, и тогда сказал:

–  А теперь я собираюсь раздеть тебя, Эмма.
– Он поднял голову от ее груди.
– Держи руки там, где они сейчас. Помни это, Эмма.

Макс осторожно потянул чашечки лифчика вниз, расположив ее груди на розовом кружеве, словно некое подношение. Он наклонился и втянул один сосок в рот, лаская его языком, пока она не начала извиваться под ним, задыхаясь и издавая стоны, требуя большего. Он переключился на другой сосок, покусывая и посасывая его с такой силой, что это было почти болезненным. Эмма задыхалась, находясь почти на грани оргазма благодаря тем невероятным ощущениям, которые он ей дарил.

Макс отстранился от нее.

–  Не-е-т, маленькая Эмма, - промурлыкал он.
– Помнишь? Не кончать, если я не в тебе.

Она застонала, когда он скользнул вниз по ее телу. Макс запустил руки в ее кружевные трусики, оба больших пальца просунув под резинку.

С преднамеренной неторопливостью он потянул их вниз, медленно обнажая ее тело перед своим горящим взглядом.

–  Ты была права, Эмма, остановив меня раньше.
– Он посмотрел на нее с улыбкой, которая заставила ее застонать.
– Я и забыл, насколько это забавно - играть со своей едой.

И с этими словами Макс начал чувственную пытку, заставляющую ее извиваться и корчиться в порывах страсти.

Начав с ее левой лодыжки, он медленно поднимался вверх по ее ноге, целуя, кусая и пощипывая ее кожу, пока не достиг внутренней поверхности бедра, остановившись прямо против губ ее киски. Затем перешел на другую ногу, точно так же целуя и пощипывая ее до тех пор, пока она не начала чуть ли не умолять его поласкать ее там.

Едва только девушка почувствовала первое горячее прикосновение его языка к своей киске, она тут же кончила, крича его имя. Его громкое урчание, посылая вибрирующие волны по всему ее телу, делало оргазм еще интенсивнее. Макс продолжал ласкать ее до тех пор, пока оргазм не пошел на убыль.