Шарль Франсуа вымыл руки, сполоснул лицо холодной водой. Выйдя из ванной, он увидел на кухне свет и направился туда.

Николь сидела на высоком табурете и резала морковь в голубую фаянсовою миску. Она успела переодеться в джинсы и майку и была, как всегда, красива и сексуальна.

Страсть… Нет, это было не то, что чувствовал Шарль Франсуа. Любовь, именно безумная любовь не давала ему покоя все это время.

Эта женщина — его жена. Когда-то она стала для него всем, а потом он чуть не потерял ее. Ему показалось, что жена охладела к нему. Но он не хотел сдаваться. Особенно сейчас, когда судьба снова свела их вместе. День, два, неделя, месяц он не пожалеет времени, чтобы вернуть Николь. На этот раз навсегда.

— Привет! — сказал Шарль Франсуа. Она подняла глаза, и щеки ее вспыхнули. Может, потому, что думала о нем?

— Привет. Я была уверена, что ты спишь.

— Уже проснулся. — Он облокотился на стол. — Такое чувство, будто проспал целый день.

— Правильно, у тебя была бессонная ночь. Каждый раз, когда я звонила, сестра говорила… — Николь осеклась. Она взяла длинную деревянную ложку и помешала что-то в стоявшей на плите кастрюле. — Я готовлю ужин. Могу принести тебе на подносе…

— Ты звонила справиться о моем состоянии? — переспросил Шарль Франсуа удивленно.

— Ну да. Несколько раз. — На самом деле десятки раз, каждые пять минут, пока это не вызвало раздражение у сестры. — Я во-обще-то хотела узнать, выпишут тебя утром или нет.

— А эта ведьма мне ничего не сказала! — улыбнулся Шарль Франсуа. — Я был уверен, тебе наплевать на мое состояние.

— Конечно нет! — Николь повернулась к нему. — Ты же для меня… — Она не договорила и отвернулась.

— Кто я для тебя?

— Забудь об этом. Садись, сейчас будем ужинать.

Шарль Франсуа кивнул. Что-то было не так, он чувствовал это. А ссориться с Николь ему совсем не хотелось.

— А как дела у Мюрреев? — непринужденно спросил он.

— Они уехали в Венецию.

— Значит, у них все уладилось?

— Вроде, да.

— Ну что ж, молодцы.

Николь поставила на стол тарелки.

— Да, молодцы.

— Случается иногда, когда двое любят друг друга, но не могут разобраться в своих чувствах. — Шарль Франсуа с опаской покосился на Николь, ожидая ее реакции.

Теперь она раскладывала ножи и вилки.

— Да, иногда бывает.

— Просто так происходит…

— Ничего не происходит «просто так»! — огрызнулась Николь.

— Да, да, конечно. — Шарль Франсуа прокашлялся. — Так, значит, Марк и Валери опять вместе?

Николь пожала плечами:

— Я точно не могу сказать. Они просто обсудили все свои проблемы, и…

— Какие проблемы?

— Ну, то, что им мешало жить вместе…Точно не знаю.

— А если непонятно, что именно не так? — Шарль Франсуа внимательно посмотрел на жену. — Если два человека не могут разобраться…

— Тогда тут уж ничем не поможешь! — Голос Николь опять стал жестким. — Если мужчина не понимает женщину…

— Почему бы ей не объяснить ему…

— Она пыталась! Несколько раз! Но он не слушает ее!

— Он что, должен напрямую спрашивать: «Что случилось?», «Почему?»

Какое-то время Николь молчала, а когда начала говорить, ее голос дрожал:

— Иногда бывает уже слишком поздно. И всякие вопросы теряют смысл. Ему и ей остается только признать, что между ними все кончено.

Шарль Франсуа взял ее за руку. Он был очень взволнован.

— Не говори так! Это еще не конец! Милая, послушай меня, я никогда не переставал любить тебя… И ты ведь тоже…

Он пытался прочесть ответ в ее глазах, но она старалась не смотреть на мужа.

— Николь, детка, ты все еще любишь меня?

Она понимала: сейчас или никогда. Стоило просто сказать «нет», и их браку конец. Она стала бы свободной женщиной, начала новую жизнь… Без Шарля… Без его любви…

— Дорогая, почему ты молчишь?

Николь подняла взгляд. Ее глаза блестели от слез, губы дрожали.

— Да, — тихо произнесла она. — Я всегда любила тебя. И всегда… — Ее голос прервался.

Не прошло и секунды, как Николь оказалась в объятиях Шарля Франсуа.

— Я люблю тебя, — сказал он, целуя ее. — Только тебя одну. Так было всегда.

И она любила его. Не было смысла притворяться и обманывать себя. Ее руки обвили шею мужа, голова бессильно откинулась, и Николь как бы вся растворилась в его сладком поцелуе. Ничто больше не имело значения. Хотелось лишь ощущать вкус любимых губ, чувствовать трепет родного тела и никогда не скрывать своей любви…

Рука Шарля Франсуа скользнула ей под майку, и Николь застонала.

— Твое запястье… — прошептала она. Но он продолжал целовать ее, и Николь замолчала, замирая от наслаждения.