– Чего ищешь, бабуля?

– Вот это, – бабка подала нам небольшой узелок из простой холстины.

Мы с интересом осмотрели его со всех сторон. Я еще и пощупал ради любопытства.

– Пыль какая-то или порошок. Что это, для чего нужно?

– Ох, – покачала головою Яга, – какой же ты еще олух, Кощей. Земля это. Русская землица.

– Все равно не понял, – честно признался я и посмотрел на своих спутников.

А вот они, если судить по выражению лиц, о чем-то догадались.

– Земля с родной стороны силы тебе придаст, – объяснила старая ведьма. – Ты же силу свою растерял? Растерял. Вот и воспользуешься в нужном случае. Только не потрать ее попусту, лучше подумай несколько раз.

Ух ты, вот это вещь! Только сейчас я стал припоминать старые, уже почти забытые истории в былинах и легендах про силу родной земли. Недаром ее звали – Мать Сыра Земля.

– Спасибо, бабушка, за подарок, – вместо меня, позабывшего о приличиях, сказала Марьюшка.

– Да чего там, – отмахнулась бабка, – мне не трудно было. Хоть в такой малости подсобить смогла. Ладно, полетела я домой отдыхать.

Запрыгнув обратно в ступу, бабка свистнула, словно разбойник со стажем, махнула помелом и взлетела ввысь. Очень скоро она превратилась в крохотную, едва различимую точку на горизонте.

– Долго вы там? – поторопил нас черт, единственный, кто не проникся важностью встречи и подарка.

– Уже едем, – недовольно посмотрел я на него и подтолкнул к лифту Илью. – Давай, я сразу за тобою.

Чуть-чуть замешкавшись на краю, богатырь широко шагнул и ступил на платформу. Следом прыгнул и я, оказавшись прямо посередине площадки. Дощатая конструкция немного качнулась, заставив пискнуть девушку и побледнеть Илью.

– Тихо у меня, – предупредил нас рогатый, принявшись быстро крутить штурвальчик. – Именем Его чуть все не разрушили. – И быстро и остро глянул на меня.

Спуск был очень быстрый, даже чересчур. Это я говорю не о времени – спускались-то мы едва ли не полчаса, – а про скорость. Черт спокойно крутил штурвал, мало обращая внимания на пассажиров, а у нас в ушах свистел ветер. Катастрофа едва не случилась в тот момент, когда от скоротечного спуска нас стало покачивать, грозя бросить на близкую стену и размазать по ней.

– Пресвятая Богородица, – прошептал себе под нос Илья и быстро перекрестился, – спаси и сохрани нас…

При первых же звуках этих слов черт подскочил, словно ошпаренный, и рухнул на платформу ничком. Вся конструкция ощутимо затряслась и заскрипела. Прямо на глазах несколько досок потемнели и пошли трещинами и пятнами гнили.

– Илья, – обратился я, стараясь перекричать гул ветра, – Бога ради, помолчи, хорошо?

Вырвавшиеся по привычке слова едва не добили несчастный лифт. Несколько досок в платформе лопнули и выскочили из пазов, оставив после себя зияющие дыры; штурвальчик покосился и заклинился в одной позиции; рогатый выпал в осадок, замерев без движения.

– Оба! – сердито проговорила наша спутница и многозначительно поднесла кулачки под нос мне и богатырю. – Тихо!

На пару с Ильей мы стали изображать китайских болванчиков: торопливо закивали, не делая попыток разжать губы. Удовлетворенная нашим поведением Марьюшка кивнула в ответ и перебралась к лифтеру, ловко перепрыгивая через зияющие дыры. Думается мне, что нам с Ильей в своем железе такое не повторить – проломим доски только одним весом, если вздумаем тронуться с места.

– Глухо, – огорченно констатировала состояние рогатого девушка, пару раз пнув его по бокам, – совсем вырубился. И кто нас опускать будет – мы же разобьемся сейчас?

На наше счастье, конструкция была автоматическая или контролировалась вторым лифтером снизу. Минут через пять после казуса лифт стал замедлять движение и окончательно замер где-то в полуметре от пола огромной пещеры. Едва он остановился, наш провожатый, до того изображавший коматозного больного, вскочил и с громкими воплями умчался вдаль. Мы переглянулись, пожали плечами и спрыгнули на землю с шаткой платформы, которая разрушалась прямо на глазах. Судя по внешнему виду, лифт обратно вряд ли нас донесет, или же скорость его будет совсем невелика, чтобы не рассыпался от давления воздуха и своей тяжести. Но и этого показалось мало нашему упрямому богатырю. Сойдя на землю, он повернулся к лифту и размашисто перекрестил чертову конструкцию, тихо проговорив коротенькую молитву.

Доски платформы не выдержали и рассыпались в труху, отрезав нам путь назад. А Илья, выполнив свою миссию, повернулся к нам.

– Ну и дурак же ты, Илья, зачем лифт ломать-то было? А ну как Денница завернет нас назад – что делать будем? – поинтересовался я, разглядывая ничтожно малые останки платформы.

– Так ты же сам говоришь: Бог не выдаст – свинья не съест, – буркнул Илья.

По пещере прошелся негромкий, но пробирающий до печенок низкий гул. С потолка посыпались пыль и мелкие камешки. Где-то в сумеречном отдалении с невысокого постамента сорвалась черная фигура, с криком брякнувшись на каменный пол. Сколько-то полежав, неизвестный поднялся и, сильно хромая, держась за спину, кинулся со всех ног прочь.

– Угу, – вздохнул я, осознав, что богатырь заодно распугал всех потенциальных проводников и теперь придется самим искать подземного правителя, – именно так и говорю. Пошли, что ли…

Идти пришлось долго, зато успели рассмотреть подземное царство Денницы. Множество огромных пещер соединялись переходами и были расположены в несколько ярусов.

– Интересно, – буркнул я себе под нос, когда отыскался очередной проход в пещеру ниже. Оттуда доносились явно адские крики и стоны, – тут все девять кругов имеются или только близкое подобие?