— А именно. Карточку ведь можно потерять, ее могут украсть. Десять лет — срок немалый. Предлагаю, чтобы каждый сдал свою карточку адвокату или душеприказчику, нотариусу или доверенному лицу, способному нести за нее ответственность в течение десяти лет. А в случае смерти владельца карточки, переправлять ее на определенный адрес.

— Кому? — удивился Ким Вяткин.

— Нам. Мы должны иметь такой адрес. Мало ли что с человеком случится, и погорят все остальные. Не будет одной карточки, и шестеро не откроют ячейку. Но никаких наследников. Деньги принадлежат только участникам операции. А если он умр, то они переходят к оставшимся в живых.

— Трезвая мысль, — поддержал Севу Уваров. — Дай Бог нам всем здоровья, но после такого риска делиться с чужими родственниками никому не захочется.

— Согласен! — поддержал Пелевин. — Я даже могу предложить большее. Давайте смотреть на вещи трезво. Десять лет — срок немалый. Один из нас может и далее процветать, а кто-то — разориться. Нам плевать, а ему подавай долю прямо сейчас. И я готов с этим согласиться. В случае краха каждый из нас может продать свою карточку. Но за спешку и нетерпение ему придется идти на жертвы.

Он получит половину ее стоимости, а мы, кто выдержит срок до конца, получим за него всю сумму. Я не думаю, что мы не сможем скинуться и заплатить нетерпеливому или разоренному полмиллиона вечно зеленых ассигнаций.

Идею поддержали аплодисментами.

— Предлагаю составить устав нашего союза грабителей, внести в него все эти предложения и разбить их на пункты. Каждый должен подписать этот документ, чтобы потом не говорить, будто решение принималось по пьянке.

Предложение адвоката так же приняли с должным энтузиазмом, но с поправкой, чтобы в уставе не было и намека на то, о каких карточках идет речь и других деталях, косвенно указывающих на причастие друзей к какому-то преступлению.

Каждый дал обет молчания.

В целом вечер удался. Собирались с трагическими лицами, а закончили застольными песнями.

В гостиницы решили вернуться только после того, как решится вопрос с замками, ключами, ячейкой и карточками. На работу ушло три дня. На четвертый семеро русских туристов с банковскими электронными карточками покидали Швецию.

Гортинского провожала Марта. Перед выездом из города он заехал на телеграф за почтой.

Когда он открыл почтовый ящик, то увидел лежащую на дне видеокассету и письмо.

Гортинский усмехнулся. Как они все предсказуемы!

Майор Марецкий старался не давить на женщину, которой и без того трудно было говорить. Утирая слезы, она старалась взять себя в руки, но ей это давалось с трудом.

— Понимаете, это какая-то роковая случайность. Его с кем-то спутали. Игнат не имел врагов. Спросите у сотрудников. Он никогда ни с кем не конфликтовал, выдвигал молодежь на руководящие должности. Я не понимаю, как это могло произойти.

— Вы давно женаты?

— Восемь лет. Я руководила технической выставкой на Урале, а их институт участвовал в ней. Выставка международная, и на ней было представлено много стран. Я знаю испанский язык, и помогала Игнату в переговорах. Он одинок, я вдова, так как-то и получилось.

— Ничего странного вы за мужем не замечали в последнее время?

— Все, как обычно, не считая вчерашнего инцидента в ресторане. Точнее, уже позавчерашнего. Стрелки часов показывали семь утра.

— Что произошло в ресторане?

— Мы поехали на Никитскую отмечать мой день рождения.

— Извините, как называется ресторан?

— "Пальмира". Не знаю, почему ему захотелось поехать именно туда. У нас под боком своих ресторанов полно. Метрдотель посадил нас за столик, а Игнат попросил его проводить к директору. Не знаю зачем. Нас встретили пристойно.

Вернулся он буквально через пять минут. Я только заказ успела сделать. И тут же поняла, что он какой-то не такой. То ли кого-то увидел, то ли еще что-то.

Понимаете, у него был потерянный вид. Он даже меня не слушал. А минут через пять подошла девушка и выплеснула ему шампанское в лицо и, не говоря ни слова, ушла.

— Так. Вот тут давайте остановимся поподробнее. Как выглядела девушка? Постарайтесь вспомнить.

— Девушка тут ни при чем. Мой супруг был не очень верным мужем. Девушек у него хватало. Не эта, так другая. Он же всем врет, что не женат, обещает жениться. Я ему просто ничего не говорила, но со многими мне довелось встречаться. Наиболее настырные находили его адрес и приходили к нам домой, а дверь открываю я. Игната дома невозможно застать. Многие уходили от меня в слезах. А эта оказалась гордая, с чувством достоинства и правильно поступила. Молодец!