— Верно.

— Значит, твоими друзьями их назвать сложно?

— Скорее невозможно, — усмехнулся я.

Итак, трое поймавших меня квезаллэ мертвы. Они не вернутся домой и не расскажут, где я прячусь.

Мир очень велик. Если кираллэта захочет меня найти, то ей будет очень сложно это сделать. Наверное, теперь я могу вздохнуть с облегчением. Прошлое останется в прошлом.

На этот раз навсегда.

— Ну, коли о них никто не будет горевать, добро пожаловать на корабль. Сейчас погрузим на баркас этих неудачников и отчалим.

— Идем, напарник. — Ог коснулся моего локтя.

— Не сейчас, — покачал головой я. — Кто-нибудь может поднять тела эльфов на палубу?

Рох удивленно посмотрел на меня:

— Ты же сказал, что они не твои друзья.

— Верно. Но я хотел бы похоронить их по обычаям моего народа.

Квезаллэ были теми, кто убил бы меня не колеблясь, но оставить их значит не отдать Великому лесу еще нескольких жизней. Я и так задолжал ему тех, кто погиб в Прибрежном, — вряд ли их тела нашли и похоронили согласно древним традициям.

— У нас мало времени.

— Мне потребуется всего несколько минут.

— Хорошо, — сдался старший помощник и отдал приказ своим людям.

Тела принесли, положили на баке.

— Тебя оставить? — поинтересовался Ог.

— Ты не мешаешь.

Я отстегнул с поясов квезаллэ желтые пластинки, бросил на мертвых, произнес формулу освобождения, глядя на коконы теплого света, окутавшие слуг шеллэна. В небо поднялось облако золотистых семян.

— Что это? — спросил у меня орк. Он, как и многие другие, задрав голову, провожал взглядом улетающие искорки новой жизни.

— Мы, эльфы, — дети леса. Он дарует нам жизнь, отдавая для этого свою магию, мудрость и силу. Звезднорожденные в долгу перед ним, и, когда эльф умирает, лес получает назад свою силу. Когда-нибудь одно из этих семян прорастет и превратится в прекрасный дуб.

— Ты хочешь сказать, что каждое волшебное дерево Великого леса когда-то было эльфом?

Я улыбнулся:

— Я не знаю, что было изначально — появление первого дуба Великого леса или рождение первого эльфа… Но теперь их судьбы связаны неразрывно.

Мы с Огом прошли по ненадежному абордажному мостику, переброшенному над бездной, спрыгнули на широкую палубу клипера, и тут же несколько ребят с носилками пробежали мимо нас.

Пузатый боцман в полинявшей тельняшке и с лохматыми рыжими бакенбардами рыкнул:

— Не крутитесь под ногами! Лис, раненых к доку! И перевязку туда! Шевелитесь! Быстро! Быстро!

Мы отошли к фальшборту, чтобы никому не мешать, пока отчаливал баркас с пленными, рубили концы абордажных крючьев и разъединяли суда.

— Как ты меня вообще нашел? — обратился я к задумчивому Огу.

— Я торчал в «Кактусе», думал, куда ты запропастился, и тут ко мне подсела темная эльфийка. Вначале я решил, что вся ее история — розыгрыш, но, как оказалось, ты и впрямь влип в неприятности. Если бы не эта девчонка, я бы до сих пор гадал, куда ты исчез. Я вас довольно быстро нагнал, к утру заметил их огни, но, как понимаешь, в одиночку здесь справиться не получилось бы. Решил лететь назад, искать помощь, поднимать Патруль. Можно было бы сразу это сделать, но они, как ты помнишь, улетели ловить «Свиней». А по пути обратно я увидел «Гром». «Ласточку» узнали, я просигналил, мы поговорили с капитаном, и вот…

Он развел руками.

— Я хочу еще раз сказать, что меня заботит счет. Север — человек занятой, и гонять корабль на такие большие расстояния, отказываться от собственных планов, рисковать жизнью экипажа ради почтового курьера… это очень странно. Я не верю во внезапную человеческую доброту и бескорыстную помощь.

— Я тоже. Но выбора у меня не было, раз уж цена не озвучена. В любом случае это лучше, чем если бы тебя продолжали держать в плену.

— Не спорю.

— Север долго не думал. Он принял решение при мне, почти сразу, и никто из его офицеров не удивился внезапной смене курса.

— Значит, следует поговорить с капитаном прямо сейчас.

— Нет, Лас. Так дела тут не делаются, — остановил меня орк. — Он сам нас позовет, когда придет время. Здесь свой порядок. Не стоит их раздражать.

— Понимаю. — Я с тоской посмотрел на остовы двух «Серебряных источников», висевших под штурмовыми крыльями шлюпа. Эскадрилья Наивы уничтожила их во время штурма, и теперь эти стреколеты были бесполезны. — А что с «Ласточкой»?

Ог улыбнулся и ткнул пальцем вниз:

— Крошку прицепили прямо под килем, места по бортам и на штурмовых крыльях заняты эскадрильей. Спуск на юте, по веревочной лестнице.