— Это было неизбежно, — подойдя ближе, тихо промолвила Дафна.

— Но такая широкая известность делает все таким реальным.

— Но это и так реально, Лаура. Мы не хотим, чтобы это было так, но это так.

— О Господи. — Лаура обхватила себя за талию. О если бы только Джефф был здесь! Казалось, с каждым часом все разваливается больше и больше. Ей хотелось перевести стрелки часов, вернуть все обратно, так, как оно было раньше. Но она не могла.

— Что я должна ему говорить? — спросила она нервным шепотом.

— Как можно меньше. Хочешь, я с ним поговорю?

В глубине души Лаура больше всего на свете хотела именно этого. Но, с другой стороны, она знала, что если ей не удастся продемонстрировать Даггану О’Нилу самообладание, это обернется против нее же.

— Нет. — Лаура откашлялась. — Я сама. — Собравшись, она поднесла трубку к уху и нажала кнопку. — Простите. Чем могу вам помочь?

Голос О’Нила был таким же, несмотря на ожидание.

— Вы можете подтвердить, что ваш муж исчез.

— Как вы справедливо заметили, заявление заполнено в полиции.

— Значит, он исчез?

Да.

— У вас есть какие-нибудь соображения, где он может быть?

Она ответила медленно, как будто разговаривала с ребенком:

— Нет. Именно поэтому я и подала заявление в полицию.

— Когда вы видели его в последний раз?

— Когда он уходил на работу вчера утром.

— Вы с ним разговаривали в течение дня?

— Нет. Я сама целый день работала.

— Когда он должен был вернуться домой?

Лаура вздохнула. Склонив голову, она приложила руку к напрягшимся мышцам шеи.

— Все эти сведения содержатся в заявлении полиции, мистер О’Нил. Вряд ли я должна повторять их снова.

— Тогда расскажите мне о себе. Каковы ваши чувства по отношению ко всему происшедшему?

Лаура отвела от уха трубку и уставилась на нее с таким видом, как будто ее абонент на другом конце провода был сумасшедшим.

— А как вы думаете, каковы мои чувства? — наконец произнесла она, не веря самой себе.

— Наверное, вы расстроены. Встревожены.

— Вы удивительно догадливы, мистер О’Нил.

Даже если ее сарказм задел его, он никак этого не показал.

— Вы допускаете, что ваш муж был похищен?

— Все возможно.

— Вы заплатите выкуп, если его потребуют?

— Конечно. Что за вопрос?

— Значит, в банке есть деньги?

Дафна советовала ей говорить как можно меньше, но она не могла пропускать мимо ушей некоторые вопросы и содержащиеся в них намеки.

— Если вас интересует, настолько ли мы состоятельны с мужем, чтобы дать основания для похищения, то я отвечаю — нет. Но если будет запрошен выкуп, я сделаю все, чтобы собрать деньги.

— Это нанесет ущерб делу?

— Прошу прощения?

— Ваш муж — преуспевающий бухгалтер.

— Пока его здесь нет, он вряд ли сможет заниматься бухгалтерией, — выпалила Лаура, — поэтому да, его дело пострадает.

— Спокойнее, Лаура, — тихо проговорила Дафна, но на другом конце провода что-то говорил Дагган О’Нил, полностью завладев вниманием Лауры.

— Я размышлял о вас. «Вишни» еще очень молоды и только набирают силу. Одна из привлекательных сторон вашего дела в том, что оно еще не окрепло и не закоснело. Но подобная история может подорвать его. Вас не волнует это?

Лаура чувствовала, что ее сердце колотится все учащеннее равно как от гнева, так и от горя. Отдавая себе отчет в том, что каждое сказанное ею слово может быть использовано для публикации, она ответила:

— Мистер О’Нил, у меня пропал муж. Никто не знает, где он. Делом занимается полиция, но они не спешат ко мне со свежими сведениями. В настоящий момент я делаю все возможное, чтобы найти Джеффа. Но «Вишни» работают как всегда. У меня замечательный персонал, который вполне справляется со всем в мое отсутствие.

— Я спрашивал не об этом.

— Если посетители предпочтут бойкотировать ресторан, считая, что исчезновение моего мужа представляет для них угрозу, — заявила Лаура, — это будет вопросом их свободного выбора. Лично я верю в жителей Гемпширского округа. Они умны. Они смелы. И они умеют ценить вкусную пищу, которой я их кормлю. — Она судорожно вздохнула: — А теперь, если вы не возражаете, мистер О’Нил…

— Последний вопрос, — сказал он, и она почувствовала легкую перемену в его тоне. Она должна была бы насторожиться, но он заговорил, прежде чем она успела передать трубку Дафне.