______________

* Я вас не понимаю (фр.).

– Черт побери! Еще одна лягушатница. Parle-vous anglais?* - осведомился охранник, огрубляя живую музыку гласных и попирая правила произношения окончаний.

______________

* Вы говорите по-английски? (фр.).

– Non, - ответила Доминик.

– Ладно уж, идите, поклонница Льюиса, - раздраженно отозвался охранник.
– Без вас в Америке легче дышится.

Вот каким образом величайший со времен водородной бомбы военный секрет ускользнул от внимания американских властей и попал на борт французского лайнера, надежно укрывшись между изящных ног агента ОВБ.

– Болван, - пробормотала женщина, понизив голос.

Всякий раз, передвигая ноги, она болезненно морщилась, но это было приятное страдание. Оно напоминало Доминик о медали Легиона Чести.

Парилло поудобнее устроилась в кресле, поджидая стюардессу с обедом от "Эр-Франс", пищей хотя и самолетной, но все же французской. А значит, изысканной, хотя к тому времени, когда стюардесса добралась до Доминик, мидии в белом вине уже остыли.

Во время полета показали два фильма с Джерри Льюисом. Что особенно приятно, с экрана звучал родной французский язык.

В аэропорту Шарля де Голля Доминик поймала такси и велела шоферу остановиться у ближайшей бакалейной лавки. Там она купила теплую ароматную булку и, едва такси тронулось с места, принялась уплетать за обе щеки.

– Только что из Америки?
– сочувственно произнес таксист.

– Oui, - промолвила Доминик с набитым ртом.

– Мне доводилось видеть сильных мужчин, которые после недельного пребывания в американском аду были не в силах сдержать слез при виде круга сыра, выставленного в витрине, - сообщил водитель.
– Но хватит об этом. Теперь вы дома. Куда едем?

– В ОВБ. Но прежде я хотела бы доесть этот восхитительный хлеб.

– Американцы ничего не понимают в хорошем хлебе.

– Они ничего не понимают ни в хлебе, ни в вине, ни в сырах.

– Не разбираться в сырах - непростительный грех.

– И что самое главное, не понимают французского. Да и говорить на нем как следует не способны.

– Где уж им! Коли они запихивают в рот всякую дрянь, оттуда не может вылететь ничего, кроме дряни.

Доминик с улыбкой смотрела в окно. Машина только что миновала толпу, которая штурмовала универсам "Хааген-Дарц", вываливая его работников в смоле и перьях фальшивых европейских товаров.

* * *

Услышав имя Доминик, директор ОВБ распахнул дверь своего кабинета и уставился на женщину застывшим взглядом.

– Вы живы?

– Я вернулась с победой. Секрет Бисли в наших руках.

– Входите, входите же, агент Арлекин. Как только за спиной Доминик захлопнулась дверь, она извинилась и задрала юбку, без тени стыда продемонстрировав отсутствие нижнего белья.

– Это и есть тот самый прибор, который лишал наших граждан мужества и воли, - заявила она.

– Я никогда не сомневался в этом, - ответил Ренар, отводя глаза, но не из стыдливости, а потому, что увидел висящую белую нить. Предметы женского интима вызывали у директора только тошноту.

Он с ужасом услышал чмоканье Извлекаемого тампона и явственный глухой звук, с которым тот шлепнулся ему на стол.

– Прошу вас...
– растерялся мужчина.

– Нет, я имела в виду то, что находится внутри.

– Не будете ли вы так добры сделать это собственноручно?
– деликатно осведомился директор.

Доминик Парилло нахмурилась, ногтями разорвала тампон и извлекла из хлопчатобумажной упаковки предмет чуть больше мраморного шарика для детской игры.

Директор покрутил его в руках и увидел, что он сделан из полированной стали.

– Не понимаю...

– Поверните другой стороной.

Директор ОВБ повернул шарик, и тот глянул на него холодным серым взглядом. Ренар чуть не уронил его на пол.

– Что это? Глаз?

– Электронный глаз. По-моему, он... как это называется? Кибернетический?

– Ш-ш-ш! Запрещенное слово.

– Простите, - отозвалась Доминик.
– Я вынула этот глаз из черепа человека, которого весь мир уже давным-давно считает умершим.

– Oui?

– Этот человек собран из механических частей. Человек, в котором воплощено зло. Главный демон ада под названием Клякса.

– Кто же этот зловещий выродок?

– Дядя Сэм Бисли собственной персоной.

Директор ОВБ часто заморгал.

– Не может быть!
– вырвалось у него.

– Хотите верьте, хотите нет, но это истинная правда.

Доминик вкратце поведала директору о встрече с американскими агентами, которые пали жертвой пульсирующего света, испускаемого кибернетическим глазом. Директор тем временем внимательно рассматривал прибор.

– Как вам удалось одолеть его?
– спросил он.

– При помощи дзюдо. Механический Сэм Бисли оказался очень сильным, но тем не менее неловким и неуклюжим. Я обратила его силу против него самого. Он повалился на спину, и я камнем ударила его по голове. Дядя Сэм потерял сознание. Его настоящий глаз закатился, а эта мерзость продолжала излучать свет. И я решила взять ее с собой.