Расписание! Чувство вины с новой силой нахлынуло на Гаррисона.

Она занимается еще и этим. Для него.

— Послушайте, Кэрри, вы ведь наверняка валитесь с ног от усталости, а я стою тут и спокойненько наблюдаю.

— Все в порядке, Гарри. Мы с Натаном очень хорошо провели утро. Правда, Натан?

Услышав свое имя, малыш поднял голову, демонстрируя перемазанное апельсиновым соком личико. Гаррисон смочил бумажное полотенце и вытер племянника.

— А вот тут записано все, что мы с ним делали. — Кэрри протянула лист бумаги. — Еще я составила несколько вариантов распределения времени в зависимости от числа и возраста детей. Я учла и занятость родителей. — Она вручила Гаррисону целую стопку листков. — Пришлось воспользоваться вашим принтером.

— Прекрасно, — отозвался Гаррисон, внимательно вчитываясь в ее утренние записи. — И вы помимо всего прочего успели постирать детское белье?

— С помощью Натана, — кивнула Кэрри.

Натан тем временем залил макароны апельсиновым соком.

— Натан — больсой мальчик, — сообщил он.

Гаррисон рассердился. Не обращая внимания на чарующую улыбку племянника, он отобрал у него тарелку и чашку.

Натан заревел во весь голос. Спохватившись, Гаррисон поставил отобранное на прежнее место. Натан немедленно схватил горсть пропитавшихся соком макарон.

— Мне всегда казалось, что консервированные макароны лучше идут с подливкой, — улыбнулась Кэрри. — Как вам мои расписания?

Гаррисон бегло просмотрел листы. Многое показалось ему интересным, хотя и не в полной мере отвечало Ротвелловским принципам.

— Вы поработали на славу, — заметил он.

— Эти мысли сами собой приходили мне в голову. — Она отложила в сторону три листка и указала на четвертый: — Это больше всего понравилось Фелиции.

Фелиции?! Гаррисон опешил.

— А когда вы беседовали с Фелицией?

— Она звонила два часа назад. Я как раз собиралась вам сказать.

— Сюда? Она звонила сюда?!

— Сначала, по ее словам, она позвонила в офис. Там ей дали номер вашего домашнего телефона. Мы с ней все обсудили.

Гаррисону стоило немалого труда скрыть свое недовольство.

— О чем же вы говорили?

— О расписаниях.

Он швырнул бумаги на разделочный стол.

— А вам не показалось, что для начала следовало все обсудить со мной?

— Да, но вас не было…

Гаррисон еле удержался от того, чтобы сурово не отчитать Кэрри. Он поступил бы так с любым своим служащим, нарушившим субординацию. Но Кэрри у него не работает, и чем раньше она осознает это, тем лучше.

Можно, конечно, выложить ей все, что он думает. Но можно и промолчать — ведь в пятницу Стефани вернется и заберет мальчиков. И у него больше не будет оснований обращаться за помощью к этой выскочке.

Пока Гаррисон размышлял, Кэрри не сводила с него глаз, явно ожидая похвалы. Нет, после всего, что она для него сделала, он не может так ее разочаровать!

— Первое впечатление хорошее, — осторожно сказал он. — Но я вчитаюсь внимательнее, когда заснет Натан. В любом случае спасибо.

Она улыбнулась. Гаррисон понял, что поступил правильно.

— Если я потребуюсь, не стесняйтесь, звоните.

Все так же улыбаясь, она взяла свой компьютер.

— Я перед вами в неоплатном долгу.

Гаррисон проводил девушку до двери.

— Мне было приятно посидеть с детьми.

На кухне упала миска.

— Надеюсь, она пустая, — зарычал Гаррисон.

Кэрри рассмеялась:

— Приятно сознавать, что вы тоже сможете насладиться мытьем пола.

Она ушла, а он так и не сказал ей о предстоящем заседании правления. Ничего страшного. Если все пойдет, как он предполагает, пусть остается в неведении.

Убрав в кухне и уложив Натана спать, Гаррисон отредактировал расписания, предложенные Кэрри. Не то чтобы он усомнился в их действенности, он просто стремился придать им большую эффективность. Чтобы распорядок дня предусматривал такие экстремальные ситуации, как неожиданная болезнь или отсутствие няни.

Ну и главное: в новых расписаниях должны быть отражены Ротвелловские правила. А иначе к чему огород городить?

То и дело ему вспоминалось замечание Фелиции, что он, скорее теоретик, чем практик. Да и то, что издатель вела деловую беседу с Кэрри, а не с ним, также оставило у Гаррисона в душе неприятный осадок.

То, на что ему потребовалось бы несколько дней напряженного труда, Кэрри сотворила в мгновение ока. Легко ли с этим примириться?

Гаррисон понимал, что испытываемые им чувства никак его не украшают. Но и то, что он был вынужден прибегнуть к помощи Кэрри, далеко не радовало. И как умудряются справляться с детьми родители-одиночки?