– Третий элемент любопытен, - сказала она прежде, чем вернуться к чтению

– И чем же?

– Он выглядит поврежденным. И явно нервничает. Еще ты ему не понравился,. Воспринимать информацию с первичного носителя было неожиданно любопытно. Поток расширялся, включая осязательный и обонятельный элементы.

– Он мне тоже.

– Его не трогай. Ева нейтральна по отношению к тебе и агрессивна по отношению ко мне. Глеб активно агрессивен по отношению к тебе и пассивно - по отношению к Еве. Система пребывает в состоянии динамического равновесия.

Айне лизнула палец и потерла страницу. Буквы размазались. Все-таки подобный метод хранения данных весьма ненадежен. И неудобен.

– Еще он ниже тебя. И Игорь ниже. Следовательно, именно твои морфометрические параметры являются девиантными в популяции.

– Я не являюсь частью их популяции.

Айне это знала. Но факт не отменял фенотипического сходства.

– Тод, скажи, какова логическая вероятность того, что один поселок исчез тремя разными способами?

Тод не ответил. Он запер дверь на засов и, раскрыв единственное окно, высунулся в проем. Вернулся, стащил с себя свитер и надел на Айне. В свитере было неудобно, даже когда Тод закатал рукава и воротник поправил.

– Я полагаю, что ниже вероятности того, что две версии являются ложными. Следовательно, Ева и Глеб лгут.

– Или мы, - Тод выбрался в окно и, заглянув в дом, попросил: - Будьте любезны, маленькая леди, оставаться в помещении. И двери никому не открывать. Я быстро.

Отсутствовал он и вправду недолго. Айне успела прочесть три главы и задумалась над самим смыслом существования книги. Уровень полезной информации в ней был крайне низок, форма подачи - специфична. Вместе с тем авторский вымысел притягивал внимание.

– Зачем нужны книги?
– спросила Айне, когда створки окна приоткрылись.

– Чтобы читать, - Тод перекинул в комнату сверток, а потом и сам забрался.
– Лучше скажи, умная девочка, почему здесь нет стульев?

Айне не знала. Более того, она не обратила на данную деталь внимания. Или обратила, но после отбросила за недостоверностью факта: отсутствие стульев в одной комнате не говорит об отсутствии стульев в других. Стоп. Что-то такое она уже говорила той женщине, которая неприятна.

Тод же отряхивался. Он был мокрым и грязным, особенно ботинки. К левому прилипла желтая гусеница сфагна. И Тод, сняв ее, заговорил:

– Внешний периметр фактически не охраняют. Я вышел. Я вошел. И никто не обратил внимания. Оружейная вообще открыта. Вот, - он развернул сверток, продемонстрировав изъятое на входе. Дробовик и Бизон-4 уже вернулись в кобуру, прочему же арсеналу еще предстояло найти свое место.
– Я почти уверен, что они не заметят пропажу.

Выбрав самый маленький пистолет, Тод протянул его Айне.

– Носи. Мне не нравится это место. Лучше будет, если мы просто уберемся отсюда. Ты немного отдохнешь, возьмем машину и...

– Не получится, - Айне сняла свитер и отдала Тоду.
– В аптечке три ампулы. При твоем метаболизме в нормальных условиях это месяц. При увеличении скорости обмена веществ - от недели до полутора. А после твоей смерти я останусь одна или на болотах, или в другом странном поселке. Понимаешь?

Он понимал.

Кажется, услышанное пришлось не по нраву. Тод комкал свитер, утрамбовывая в серый шерстяной ком, которым и запустил в стену. Не добросил.

– Почему? Почему ты со мной так? Ты даже не сказала, когда уходили... можно было поискать... в больнице. В бункере. Где-нибудь, а ты... Ты просто промолчала, твою ж!

Айне отстегнула футляр аптечки, в котором лежали ампулы и шприц. Ощущение, испытываемое в данный момент времени носило негативный оттенок.

– Вот. Возьми. И взять ты мог в любой момент. Или посмотреть. Разве я когда-нибудь ограничивала твои действия?