Похоже, так оно и было – катастрофа в этом случае проявила «гуманность», сохранила жизнь матери и ее ребенку, вот только придала обоим новую, чудовищную форму.

– Пойдем в следующий, – решил Андрей. – Тут наверняка грязно.

Во втором подъезде никто не поспешил им навстречу, и они начали подниматься по лестнице. Тучи к этому времени заволокли небо, на улице потемнело, и от близкого раската грома содрогнулись оконные стекла.

Добрались до третьего этажа, когда хлынул ливень.

– Пожалуй, хватит, – сказал Андрей на десятом. – Выберем здесь ту, какую легче защищать…

На лестничную площадку выходило четыре квартиры: в первой их встретил такой мощный запах гнилого мяса, что Лиза побледнела, и даже Илья пошатнулся, во второй обнаружилось разбитое окно на кухне, и пришлось устраиваться в третьей, двухкомнатной, отремонтированной, похоже, прямо накануне катастрофы.

Из окон, по которым хлестали потоки воды, был виден перекресток, дома на другой стороне проспекта, уходящий дальше ров. Над протянувшейся к горизонту Москвой нависало черно-синее небо, периодически озарявшееся вспышками молний, похожих на огромные искры.

– Нехило люди устроились, – сообщил Илья, заглянув во все помещения. – Душевая кабина с баней, теплые полы, стеклопакеты на лоджии, да и мебель не на помойке нашли, зуб даю…

– Давай и мы устроимся, – сказал Андрей. – Чтобы гостей не было.

Раскуроченный выстрелами замок чинить не стали, заперли дверь на цепочку и придвинули к ней массивную тумбу для обуви. Если это тварь и не остановит, то уж точно задержит, даст время прицелиться, выпустить очередь не в «молоко», а куда надо. Проверили на окнах и на лоджии запоры, что могут пригодиться в том случае, если преследователь полезет по стене.

– Думаешь, помогут? – с тревогой спросила Лиза, когда с этим было покончено.

– Надеюсь, – пожал плечами Андрей. – Точно никто не может знать.

Гроза отбушевала над Черемушками, уплыла на восток, но светлее не стало. Небосклон оккупировала пелена арьергардных туч, да и дневное светило уползло к горизонту.

Андрей остался на страже первым, уселся на стуле в коридорчике между кухней и прихожей, чтобы видеть входную дверь и то окно, в котором был не стеклопакет, а обычное стекло. Устроившиеся спать в большой комнате спутники какое-то время поворочались, и стало тихо.

Темнело, как всегда в это время года, обманчиво медленно, и то, что в квартире царит почти полный мрак, он обнаружил неожиданно. И тут же уловил донесшийся из подъезда звук – легкое, приглушенное клацанье, какое может издать зацепившийся за ступеньку коготь.

Андрей повернулся к двери, поднял «калаш».

Клацанье прозвучало еще раз, ближе, и дверь легонько, даже деликатно качнули. Звякнула натянувшаяся цепочка, громыхнула «переступившая» с ножки на ножку тумбочка. Пошел с места спусковой крючок автомата, вслед за ним зашевелился курок, готовый ударить по бойку.

Но никто не попытался вломиться в квартиру, разрушить преграду или протиснуться в щель. Наступило полное безмолвие, словно зверь на лестничной площадке исчез куда-то или вовсе сдох.

Несмотря на то что в квартире было прохладно, Андрей начал потеть.

Возникло искушение подойти к двери, выглянуть, дабы убедиться, что там никого нет, и отогнать его, это искушение, удалось не сразу. Андрей даже привстал и сделал шаг и лишь потом сообразил, какую глупость делает.

Тишину нарушил шорох за окном, похожий на тот, что издают качающиеся на ветру ветки, вот только здесь веткам было взяться неоткуда. И вновь захотелось встать, подойти к стеклу, за которым что-то шевелилось, скреблось, все ближе и ближе, монотонно и неостановимо…

Встрепенулся Андрей в самый последний момент – нечто расплывчатое загородило окно, хрустнула рама. Пули пошли из ствола с оглушающим грохотом, гильзы полетели в стену, покатились по полу. Стекло разлетелось вдребезги, снаружи донеслось нечто похожее на кошачий вой, силуэт исчез.

– Что там? – спросил из комнаты Илья, голос его со сна прозвучал хрипло.

Не отвечая, Андрей включил фонарик и медленно, крадущимися шагами пошел на кухню. Луч света заиграл на торчащих в раме осколках, канул в сгустившуюся за окном темноту.

Преследователь, если это был, конечно, он, исчез, наверняка сорвался вниз. Выжить после падения с высоты десятого этажа невозможно, по крайней мере, любому из тех существ, что населяли Землю до катастрофы…

Илья выбрался в коридор, босой, но с автоматом.

– Чо, этот гад совался? – поинтересовался он.

– Похоже на то, но я его слегка зацепил, – ответил Андрей и выключил фонарик.

Тьма надвинулась, прильнула к окну могучим телом, просунула внутрь многочисленные щупальца, и стал виден крохотный огонек, горевший далеко-далеко, у самого горизонта – то ли костер, то ли неведомым образом уцелевший уличный фонарь, то ли что-то странное, возникшее после катастрофы.