– О, этого только не хватало, – пробормотал Илья, когда «человек-паук» выбрался из логовища.

Этот был не очень велик, зато меж обычных ног пряталось нечто похожее на щупальца с рачьими клешнями. В голову, принадлежавшую пожилой женщине, словно вставили два огромных драгоценных камня – глаза эти вертелись, как у хамелеона, и ярко светились.

Тварь неспешно двинулась в их сторону, и Андрей потянул из кармана гранату.

Поморщился, когда в запястье кольнуло, услышал недовольное восклицание Лизы, увидел, как дернулся, словно от боли, Илья, а Рик вновь схватился за кольцо из проволоки, пытаясь раздербанить его, сбросить с руки.

«Человек-паук» остановился, клешни на щупальцах защелкали, а огромное брюхо запульсировало. Когда после небольшой паузы пополз дальше, глаза чуть пригасли, а движения сделались неуверенными.

– И на этого действует, хоть и слабее! – воскликнул бритоголовый.

– Ложись! – приказал Андрей и бросил гранату.

Сам упал на асфальт, прикрыл голову руками, а когда взрывная волна прошла над ними, вскочил, нацелил «калаш». Но стрелять оказалось незачем – огромная тварь корчилась в луже белесой крови, брюхо ее было разворочено, туловище покрывали раны, рядом дергалось срубленное щупальце.

– Готов, – констатировал Илья. – Слышь, шеф, а тот дедуля-то не лох оказался!

– Возможно, – неохотно признал Андрей. – Но решила дело обычная граната, а не магическая хрень.

Он готов был поверить в эксперименты инопланетян, в мутации, даже в мезонно-каузальную бомбу, о которой вещал Артур Степанович, учитель из Вязников, но все, связанное с оккультизмом, магией, прочей иррациональной хренью, не могло существовать даже в этом новом мире…

Ведь его не было раньше и откуда ему взяться?

Сам понимал, что рассуждения эти не блещут стройностью, но отказываться от них не собирался. Чувствовал, что если не сохранит веру в пусть непостижимую пока, но логичность того, что произошло и происходит на Земле, то утратит внутреннюю опору и покатится к безумию.

Браслет перестал нагреваться и колоть руку, Рик оставил попытки снять свой.

– Нет, и в самом деле не лох, работает ботва-то реально, – все не унимался Илья. – Вообще, всякая чародейная херня порой случается, вспомни тех безумных теток из Владимира.

Вытаскивать из памяти воспоминания о поклонницах «Великих Учителей» не хотелось, поэтому Андрей буркнул:

– Пошли. Чего стоять?

Потянулся участок дороги, загроможденный множеством разбитых автомобилей. Начали попадаться вздутия на асфальте, похожие на пеньки чудовищно толстых деревьев, усеянные «побегами», на кончике каждого из которых блестела капелька прозрачной жидкости.

Когда Рик прошел рядом с одним из таких, «побеги» потянулись в его сторону, задрожали.

– Пахнет… – сказала Лиза. – А ну-ка, отойди, это отрава или дурман!

Но мальчишка уже и сам отскочил, и «небритый» пенек успокоился.

На узкой полоске газона, что тянулась посреди улицы, разделяя ее на две части, время от времени попадались закрытые решетками выводы вентиляционных шахт. Намекали, что под землей тут имеются обширные помещения, выстроенные наверняка еще при Союзе.

Миновали «террикон», громадным прыщом расположившийся прямо на проезжей части, и увязли в зарослях «зонтиков», таких густых, что дорогу через них приходилось буквально прорубать.

Мясистые шляпки чавкали, когда в них вонзался нож или топор, тонкие ножки легко ломались. Текла слизь, куски темно-бордового месива летели во все стороны, липли к рукам, к одежде.

Когда выбрались на открытое место, Андрей был весь покрыт этой гадостью.

– Давай, я тебя почищу, – предложила Лиза, и в этот миг поднялся туман.

Высотка за правой обочиной, похожая на огромную белую трубу, канула в серую хмарь без следа, торговый центр «Калужский», что находился слева, превратился в размытое оранжево-желтое пятно.

– Вот твою маму, – с досадой проговорил Илья. – Нах это все.

– Давай туда, – Андрей указал в сторону торгового центра.

Когда поле зрения ограничено несколькими метрами, лучше находиться там, где у тебя будет прикрыта хотя бы спина, а лучше всего – прятаться так, чтобы на тебя не могли напасть ни с одной стороны.

Они прошли мимо спуска в метро, уходящая вверх стена торгового центра надвинулась, стали видны детали – декоративные окошки разной формы и размера, вывеска «Карло Пазолини» в витрине. И тут Андрей ощутил внимательный, изучающий взгляд, а слух уловил мягкие, крадущиеся шаги.