– Меня - один, - немедля влез Кави-младший, - а этого я вообще не знаю. Может, он самозванец вообще. Вот это как, например, он принцем стал? Варта - империя людей, а я эльф!

– Севати, - негромко сказал принц.

– Севати?
– переспросил Немец, наблюдая мучительно краснеющие уши юного эльфа.
– Ах, Сева-ати!.. Да ты, принц, ходок был тот ещё, оказывается.

– Ничего такого, - сказал Кави-младший, неуютно ёрзая на бревне, - мы просто... И я всё равно не стану убивать Содару!.. он великий воин и единственный наследник престола.

– Я убил его не из-за принцессы...
– мягко сказал старший эльф, - хотя мы оба знаем, что именно послужило первоначальной причиной враждебности принца Содары. Увы; тогда у меня не было выхода - пришлось потребовать поединка Ритам, иначе меня лишили бы жизни... не просто жизни, но и возможности оправдаться перед Севати, спешу отметить.

– Зачем ты пришёл?..
– спросил юный охотник после продолжительного молчания.
– Зачем вообще... ритуал и вообще?

– Мы не сумели изыскать иного способа, поверь. Варте предстоит падение... Варта падёт через каких-то сорок лет, и в её крушении есть немалая доля и нашей с тобой вины.

– Империя падёт?
– проговорил Кави-младший, в явном изумлении воздевая розовые уши.
– Но я же ничего не сделал, мы с принцессой только целовались...

Однако смущение помогло ему немедля опомниться и преисполнило привычным скепсисом.

– Варта не может пасть, - снисходительно сообщил юный тумул, - у империи самая сильная армия на свете, конница и вообще. Рыцари, катапульты - я видел в Нагаре.

Сударь капитан хмыкнул, демонстрируя скепсис куда более высоких качества и стойкости.

– И боевые маги!
– добавил юноша таким тоном, словно рассуждал о совершенно неодолимой силе.

Что же, подумал принц, в те годы сложно было бы ему иметь отличное мнение.

– Имперские маги вовсе не являются панацеей, Кави, - сказал он, - они всего лишь позволяют усилить боевые качества иных родов войск. Кроме того, обрушившиеся на Варту бедствия вовсе не непременно носят характер...

– Что такое панацея, я не знаю, - заявил Кави-младший, - а только маги - это сила! Они могут зачаровать стрелы и вообще. И меч тоже. И сделать так, что ты идёшь - и никто тебя не услышит, даже эльф.

– Вот это полезно, - сказал сударь капитан, выплёвывая веточку, которой изволил ковырять в зубах во время беседы.
– Самое то для диверсионной работы. И что, полное шумоподавление? И огнестрел можно заколдобить... заколдовать?

– Нет же, сударь капитан, вовсе нет, - поморщился принц.
– Мыслимо ли представить себе эльфа, который в лесу, - в своей родной стихии!
– не услыхал бы приближения челове...

– Сидим очень спокойно, - произнёс почти над самым его ухом весёлый мужской голос, - и тогда все останутся живы. Покамест.

За спинами окаменевших сотрапезников хищно и сладко гудели тетивы изготовленных к выстрелу тяжёлых имперских луков.

Вот так, капитан. Эльфы-то ладно: они по жизни... эльфы. Но ты-то с чего разлопоушился? Там смерть два раза миновал - решил, здесь она тебя не достанет?

А, может, и достала.

Может, та граната... Кави-то так и не сумел объяснить, с какого перепугу их обоих вышвырнуло в эту... Вишву, что ли. Вдруг всё это, вот это вот всё - просто предсмертный бред? А на самом деле валяешься ты в подмосковном лесочке, на сырой осенней земле, и майор Рябышев, сука полицайская, попинывает сапогом твой без малого трупик.