Осознание это оказалось поистине неожиданным, но, в сущности, вполне объяснимым. В конце концов - с дорогим его сердцу мечом он успел уж проститься, входя в Вартулу... как и со всем остальным. Как и с самим собою. Он возвращался в прошлое своего мира, дабы спасти будущее своего мира - такая задача стоит любых потерь.

Севати...

Бывший будущий муж императрицы горько встряхнул иссиня-чёрными прядями.

Увы; принцесса предназначена младшему Кави. Так судили суры.

Старший же... старшему разумнее всего было бы занять подобающее место - место старшего брата. Советчика и помощника, но не самостоятельного игрока за этим чалайным столом, о нет. Знание грядущих событий - важное подспорье не только в устроении дел личных, но и в целом для Варты; а Варте он готов служить столь же преданно и беззаветно, как служил в прошлой жизни.

А в подобном служении - мыслимо ли сыскать лучший инструмент, нежели Пагди?

– А, - сказал младший, весело болтая босыми ногами, - это тот волшебный меч? Мне рассказывал Дурта... ой!.. то есть, достойный Думья! Ну вообще...

– Надень, наконец, сандалии, - сказал Дурта, - ты в храме знания. Книги не терпят непочтительности.

– Подумаешь...
– сказал юный тумул, поджимая пятки под верстак, - это смотря какие книги.

– Ты пока никаких не читал, - резонно заметил мудрец, - а посему...

– Пагди, - напомнил сударь капитан.

– Эээ... да. Так вот, сколь помню обстоятельства вашего появления в Вишве, именно Пагди ответственен за перенос. Обращаясь к метафоре "уравнения", с изрядной долей уверенности должен отметить, что...

– Мы погибли, - сказал Кави.

– Эээ?..

– Что?

– Чего? То есть - слушаю.

– Нет, здесь как раз "чего"... поешь тебя суры! ну что за дикарь - драконья погибель!

– Мы погибли, - повторил Кави, - там, на входе в бетонное подземелье, сударь капитан.

– За весь коллектив не скажу, а я-то вот вроде пока жив - смотри.

– Ох!..

– Х-ха, ха-ха-ха!..

– Эээ...

– Ох... Уверяю Вас, сударь капитан, в подобных телесных воздействиях нет ни малейшей надобности. Я далёк от какого бы то ни было помрачения рассудка. И, к слову, порукой моему душевному благополучию, - равно как и телесному, - служит этот самый предмет разговора...

– А если не царь?
– с интересом уточнил капитан.

– Любого другого прикосновение к Пагди умертвит либо лишит разума. Не непременно в тот же миг, однако наверняка.

– Содара-то пока не царь, а ты его порезал. И я, кстати, тоже не царь, а за меч держался запросто.

– Пагди признает и не причинит вреда любому законному властителю любой державы: настоящему, бывшему - или предначертанному.

Вот так, товарищ капитан, поздравляю. Ты теперь, оказывается, предначертанным успел заделаться. Арагорном, итить-колотить.

Что-то, видимо, не особенно приятное промелькнуло в его лице, потому что эльф поджал уши и торопливо уточнил:

– Ведь Вы не почувствовали какой-либо угрозы, исходящей от моего меча, сударь капитан?