Кави только что и вздохнул, безошибочным навыком прозревая очередную каверзу.

– Камешки принёс?
– спросил сударь капитан.

Храня всё то же заинтригованное молчание, эльф устроился за походным столом и передал человеку два увесистых мешочка.

– А теперь слушай, эльф, - сказал Немец, быстро проверив содержимое и спрятав "сокровище" в свой мешок.
– Что бы ни случилось - держись прежним курсом. Не волнуйся. Работай головой. Будь внимателен. Теперь ты в ответе. Понял?

– Сударь капитан...
– выдавил Кави, вновь поддаваясь ощущению холода, которое так не вязалось со спокойной улыбкой человека.

Немец намотал ремень мешка на левую руку, в её же ладонь перекинул Пагди. Правой достал пистолет - тот самый "макаров"... ну да и неоткуда здесь было б взяться иному.

– Сударь капитан!
– закричал Кави, вскакивая из-за стола.

– Не бойся, эльф, - улыбнулся Немец, поднося к виску ствол пистолета, - я иду, я живой, я один на Земле. Принцессе привет!

Грянул гром.

Глава 10. Гречанинов

– Зашибись!
– тихо-тихо произнёс Немец, опуская приятно тёплый пистолет.

Вот так, капитан. Живой ты, а? Пагди-шмагди, магия-шмагия. Ведь до конца-то не верил.

А вона как - живой. Дома.

Он огляделся по сторонам и быстро спрятал руку с "макаром" в карман бушлата.

Недостаточно быстро.

Со стороны заколоченного пластиковыми щитами бывшего Мавзолея ко всё ещё приходящему в себя капитану уже выдвигались люди в форме с оружием... и люди в гражданском, но тоже, очевидно, не с пустыми руками. От ближайшего поста охраны торопились двое автоматчиков... кавказцы из кремлёвского полка. Славян, признанных ненадёжными, сюда не набирали уже года два, после памятного инцидента с младшим сержантом Юрьевым, который получил письмо из дома, - откуда-то с-под Ставрополя, - ночь просидел, глядя в одну точку и не отвечая на вопросы... а на утро отобрал у караула автомат и расстрелял шестерых чернявых сослуживцев.

Громкая была история-то, рассеянно вспомнил капитан, тоже ускоряя шаг и прикидывая, рискнут ли снайперы работать по толпе. Гуляющие на площади расступались перед ним, как перед инопланетным диверсантом из какого-то идиотского фантастического романа, который он читал пару лет назад... нет, слишком мало было народу, чтобы надеяться затеряться в толпе.

Зря "макара" засветил... ага, надо было зарезаться попробовать, что ли, вот этой самой саблей. Оно, ясное дело, не так удобно-то...

Он всё-таки не выдержал и украдкой ощупал висок. Дырки, конечно, не обнаружилось.

Сзади раздался полицейский свисток, тут же к нему присоединился ещё один, справа. Немец вильнул в сторону, всё ещё машинально притворяясь незаметным. Получалось плохо: от угрюмого мужика с мечом люди разбегались уже откровенно.

Вот так, капитан, теперь и ты сам в "ролевики" угодил.

Он непроизвольно рассмеялся.

В этот момент левую щиколотку хлестануло огнём, брусчатка под ногами звонко цокнула. Рядом кто-то взвизгнул. Капитан автоматически порадовался за боеготовность кремлёвской снайперской группы и метнулся к Воротам Толерантности - больше отходить было некуда.

Один из постовых полицейских в арке что-то кричал в переговорник. Второй как раз отлепил спину от рамки металлоискателя и поворачивался навстречу бегущему капитану.

"Не за дубинку-то хвататься надо, клоун", подумал Немец, сходу вынося ему челюсть. Второму полицаю он с удовольствием влепил с ноги, - распоротая кожа щиколотки отозвалась острой, но поверхностной болью, - и "замком" добил сверху.

Собирать трофеи было некогда. Капитан шагнул к "Нулевому километру".

Со стороны Манежки раздался шум, грубые и злые крики. Немец присел и резко выглянул из-за края досмотрового стола. Оценивать ситуацию бывший капитан спецназа ГРУ умел профессионально.