«А почему бы и впрямь не поразвлечься», — решил он, пока его вели к хозяйке. Это проклятое дело его утомило. За четыре дня, проведённых в Лондоне, не удалось обнаружить ни единого следа невесты.

Более того, лорд Броуди столкнулся с неимоверной грубостью.

Старая чванливая карга в школе заявила, что знать не знает ни о какой мисс Пеллистон, и была крайне неразговорчива в том, что касалось чёртовой гувернантки. Мужененавистница — вот кто она. Пришлось подкупить служанку, чтобы выведать то малое, что ему сейчас известно: якобы молодая женщина, похожая по описанию на Кэтрин, действительно заявлялась к ним, но пробыла очень недолго.

Эта служанка, мечтательно пялившись в окно вместо того, чтобы выполнять свою работу, видела, как юная леди встретилась с высоким джентльменом, но нет, она не знает, кто это был. Встреча произошла на другом конце площади — слишком далеко, чтобы разглядеть, как выглядит мужчина.

Не обнаружив Кэтрин, где ожидалось, лорд Броуди зашёл в тупик. Он не имел ни малейшего представления о том, как её найти. И потому большую часть времени проводил в различных тавернах и кофейнях, изредка вспоминая спросить о девушке и полностью убедив себя, что усердно её ищет.

— … а это Линнет.

Оторвавшись от раздумий, лорд Броуди заметил фигуристую брюнетку с размалёванным лицом, дешёвыми украшениями и в до нелепости скромном персиковом платье, узкий корсаж которого грозился вот-вот лопнуть под натиском полной груди. Женщина показалась смутно знакомой.

— Мы раньше не встречались? — спросил Броуди несколько минут спустя, когда та вела его наверх.

— Не думаю, сэр, — призывно усмехнувшись, ответила она. — Уверена, что запомнила бы такого красавчика.

Если бы Линнет могла выбирать, то хотела бы, чтобы клиент был помоложе и чуточку обходительнее. Однако, будучи честолюбивой и притом не слишком привередливой, оставила фантазии мечтательным идеалисткам. Она попала в этот публичный дом с аллей Ковент-Гардена. Конечно, заведение не первоклассное, но всё же не из худших. В любом случае Линнет не собиралась оставаться здесь дольше необходимого. Ей хотелось заиметь собственное жильё, за которое платил бы какой-нибудь богатый джентльмен, а в придачу бессчётное множество платьев и украшений, обычно прилагающихся к подобного рода сделкам.

Прекрасно разбиравшаяся в людях, Линнет быстро поняла, что от неё требуется и усердно исполняла все желания посетителя. Лорд Броуди, не отличавшийся особой щедростью, был, однако, достаточно впечатлён, чтобы приплатить немного сверху. И пообещал вскоре наведаться к ней вновь.

— Вот я подумал, что ты выглядишь знакомо, — проговорил он, пока путана помогала ему надеть сюртук. — Теперь знаю почему. Ты женщина моей мечты, ведь так, сладенькая?

И не раньше следующего полудня, в один из редких перерывов между пьянками, лорд Броуди вдруг осознал, что вовсе не женщина показалась ему знакомой, а её наряд. Вспоминать женское платье было столь непривычно, что пришлось изрядно поломать над этим голову. А затем явился его дружок, сэр Реджинальд Аспинуол, период воздержания внезапно подошёл к концу, и лорд Броуди думать позабыл о всяких платьях.

Кэтрин на удивление быстро свыклась с новой жизнью, несмотря на её явные недостатки. Никто ей не прислуживал: хоть охотно, хоть нет. Обедала она по-простому, в той же комнатке, где работала, с кем-нибудь из своих товарок-портних либо с Джемми. Не было у неё ни богатых нарядов, ни элегантных украшений, ни даже денег на простую ленту. С другой стороны, ей теперь не приходилось сражаться с вечно пьяным отцом, камня на камне не оставлявшем от её усилий содержать дом в порядке, находившем ошибки во всем, что бы она сделала или не сделала, и заставлявшем Кэтрин чувствовать, несмотря на доводы рассудка, что она никчёмна, нежеланна и вообще не должна была родиться на свет.

Другие швеи, казалось, приняли её за свою. Мадам, хоть и была подвержена сменам настроения и легко выходила из себя по вине требовательных клиентов, свой гнев предпочитала вымещать в тишине кабинета. К работникам же относилась по-доброму, понимая, что хорошее здоровье, и даже настроение, в пошиве изысканной одежды не менее важны, чем качественные ткани, яркое освещение и бережное обращение с инструментами.

Да, действительно повезло, что в тот день она встретила Джемми, подумалось Кэтрин, пока она наблюдала за мальчонкой, сидевшим рядом за рабочим столом. Как раз в эту секунду он яростно вонзал тупой карандаш в испачканный лист бумаги.

Не встреть она его, была бы сейчас дома, совершенно раздавленная. Она бы никогда не вышла за лорда Броуди.

Теперь же, будучи не в состоянии предоставить уважительное объяснение своему исчезновению, Кэтрин не сможет выйти замуж вообще.

Вероятно, тётушка Дебора волновалась. Вероятно, отец встревожился. Но даже если так, то тревожился он в основном о своей чести. Если бы его действительно заботила дочь, то он, прежде всего, никогда бы не поставил её в такое положение. Да как он вообще мог помыслить отдать Кэтрин вместе с её имуществом во владение этому гнусному rou'e [35] .